Стоило мне (срочно и по независящим причинам) оставить «остров» – как умер певец его, Аксенов. Писатель, между нами, довольно слабый, и писавший чем дальше тем хуже, но кое-что нам по молодости давший.

В поезде со мной ехала женщина из-под Белгорода, чьего сына только что избили в части под Екатеринбургом. «Весь синий, только стал открываться глаз…» Деньги собирала по знакомым, чтобы из Москвы лететь самолетом.

«Он сам подал документы, хотел послужить родине…» – говорит женщина.

Их привезли несколько дней назад из учебки, сперва две ночи «прописывали» по заднице, потом отправили на маршбросок, где он упал и был избит сержантом. «Я сбегу!» – прислал он матери красноречивую эсемеску. А сбежал бы – поймали, дали три года (или сколько, точно не знаю) дисбата. Вот человек хорошо бы родине послужил!.. Но сбежать он не успел…

На следующий день сержант избил их уже всем скопом, да так, что никто из них до сих пор не может встать – и отправил родителям адрес своего счета, на который надо выслать деньги: «чтобы он больше не бил (слова женщины)». Деньги женщина выслала, а теперь отправилась сама…

Трудно было смотреть на нее, такую простую и ничего подобного, видно, не ожидавшую. Пила валерьянку, ходила курить (хоть раньше не курила) – но ее продолжало трясти. Ее, конечно, утешали, старушка подарила ей иконку и все говорила: «Вы держитесь…»

Ну, что сказать про нашу армию? Разве про нее не все уже сказано? И при этом люди год за годом отправляют самое дорогое, что у них есть, что двадцать лет растили и лелеяли – в лапы этих уродов… Только не надо снова про «кровавый путинский режим»: все эти вещи были у нас и прежде, едва не всегда.