Пессимист (Александр Вяльцев) (pessimist_v) wrote,
Пессимист (Александр Вяльцев)
pessimist_v

Category:

Пелевин и современное письмо



Пост родился во время слушанья его аудио-книги через забор соседей.

Плохая литература живет за счет сюжета. Хорошая – за счет литературы. Гениальная – за счет сюжета и литературы (пример: Достоевский).
Как газетная передовица, плохая литература заинтересовывает читателя катастрофой, загадкой, скандалом, преступлением, заговором и т.д. Подобно Проханову, все сюжеты Пелевина основаны на некоем заговоре и его разоблачении. Все герои/кирпичи/приемы – одни и те же из произведения в произведение: маги, спецслужбы, культовые наркотики, тайное оружие, эзотерика и пр. Чувствуется влияние приключенческой литературы из авторского детства, но вместо пиратов и сундуков с сокровищами – агенты Аненербе и тайные доктрины древних. В отличие от Проханова, у Пелевина много стеба (на тему модных у продвинутой публики шняг). То есть – все стеб. Он не пойдет на костер за собственные слова и не хочет никого ни в чем убедить. Он – чистый развлекатель.
Другой вариант – он тайный маг, культуртрегер, пользующийся профанным словом для криптовоздействия на аудиторию. За счет этого его успех. Пусть по хитрой видимости он так и остался (пара)фантастом, творцом любимого жанра малообразованных технарей…
Пелевин забавен, когда мародерствует на чужом поле: философии, истории, политики, мифологии и т.п. Он бесспорно умен, чтобы понимать, что как писатель в догматическом смысле слова – крайне слаб. Он не может создать драматический эффект или гипнотически подлинную иллюзию реальности, не способен заставить читателя переживать из-за страданий его героя, почувствовать его, понять его боль. Возможно, Пелевин даже боится лезть сюда, ибо тут надо резать по-живому. Поэтому он сделал лучшее, что можно было сделать в подобных обстоятельствах: превратил свой недостаток в прием. Так Некрасов, согласно Эйхенбауму, поняв, что не может писать хороших стихов в "пушкинском каноне", разработал собственный стиль, взяв за основу простую пародию и стихотворный фельетон, с добавлением фольклора.
Помимо приключенческой литературы, другим источником и составной частью Пелевина являются телеги планокуров, главное в которых (телегах): парадокс и веселье. Понятно, что в интересах имитации литературной формы Пелевин пичкает телегу рычажками и сцеплениями, отчего она не перестает быть телегой. Хорошо тележить – необходимый талант для людей определенного круга, поэтому слушать Пелевина в аудиоформате – вполне аутентично.
Превратить плановУю телегу в литературный жанр – вероятно, придумал не он первый. И использует не он один. Можно было бы назвать еще ряд писателей, работающих в сходном направлении.
Современный (молодой) читатель не хочет традиционного романа. Он хочет чего-то легкого, веселого, необязательного, не принуждающего, больше интеллектуального, чем эмоционального. Поэтому так популярен постмодернизм, жеванное папье-маше. Причем современный читатель помимо того, чтобы убить со вкусом время, хочет выцедить и запомнить из папье-маше некие факты, анекдоты, стебовые истории, которые можно будет пересказать на лавке за бутылкой пива. Для автора же это будет бесплатная реклама. Современный роман должен быть витриной (мусорной кучей) новых идей и приколов, он вовсе не должен быть правдоподобным. Современному эмансипированному автору и читателю не нужны никакие "правды" или трагедии. Он не верит в подлинность трагедии, он бежит от пафоса и патетики традиционной литературы, как от тоталитарного дискурса. Каноном традиционной литературы продвинутый современный писатель пользуется лишь для пародии.
Убивать ложный пафос через тотальный стеб – благородная цель. Но ставить на место пафоса эзотерику – столь же наивно. Современная литература потому чаще всего так и худосочна, что не может выдержать это тонкое соотношение между смехом и серьезностью, не может быть серьезной, не переставая шутить. Отдельные удачи тонут в провинциальной ограниченности авторов. А столичные мудрецы способны лишь на симулякры литературы, но не на нее саму. Собственно, они этого и не скрывают, это и есть их жанр. По-своему честный и бесспорно успешный.
Tags: Пелевин, как бы рецензия, литература, сказки на ночь
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Заинтересованность

    Так называемая «мораль», «понимание» добра и зла – это вторичный продукт религиозных (мифологических) концепций,…

  • ***

    Критик всегда одинок, Летом, зимой, в промежутке. Ищет повсюду исток Ужаса: в курице, в утке... Критик всегда виноват: Если девчонку…

  • Другой механизм

    Чтобы объяснить странное поведение человека в некоторых исторических ситуациях, например, культурных немцев в Третьем Рейхе, когда упомянутый…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments

Recent Posts from This Journal

  • Заинтересованность

    Так называемая «мораль», «понимание» добра и зла – это вторичный продукт религиозных (мифологических) концепций,…

  • ***

    Критик всегда одинок, Летом, зимой, в промежутке. Ищет повсюду исток Ужаса: в курице, в утке... Критик всегда виноват: Если девчонку…

  • Другой механизм

    Чтобы объяснить странное поведение человека в некоторых исторических ситуациях, например, культурных немцев в Третьем Рейхе, когда упомянутый…