Пессимист (Александр Вяльцев) (pessimist_v) wrote,
Пессимист (Александр Вяльцев)
pessimist_v

Как пить чай с незнакомцем


 

Лично увидеть человека необходимо, чтобы убедиться в мере его несовершенства. На расстоянии, на бумаге, в компе – все мы достойные люди, умные, добрые, красивые, тонкие и т.д. Но достаточно пожить с человеком несколько дней бок о бок, чтобы увидеть, как он далек от тебя (и тем более, твоих идеалов), как все у него другое, другие привычки, другое восприятие реальности. Он по-другому строит фразы и по-другому смеется, по-другому реагирует на раздражители, по-другому ест грушу, по-другому спит. Он по-другому любит и любит другое. Мы сталкиваемся с человеком во плоти, а плоть часто немощна и неказиста.

Хорошо, если ты видишь, что его привычки и идеалы лучше твоих. А если тебе покажется, что они хуже? Третьего варианта тут не бывает.

Я уже написал как-то, что обречен на одиночество. Ибо те, с кем я близок рассудочно, далеки от меня по образу жизни. И наоборот.

Вы скажите, что я и есть пессимист. Но я лишь аккуратно готовлюсь к сражению, то есть, тьфу, к питью чая…

Когда-то я был мягким и доверчивым, но брак сделал меня жестким, отвечающим ударом на удар, закаленным бойцом на негодном поле битвы. Обстоятельства приучили меня быть холодным, не раскрывающим чувств, недоверчивым, не поднимающим забрала.

Писатель, что современный, что прежний – вообще личность противная, крайне противоречивая, неудобная, в чем-то слабая, в чем-то слишком гордая, обидчивая, эгоистичная, злопамятная (память – это профессиональное) и т.д. В нем нет ни смирения, ни умеренности. Он набит комплексами и амбициями. Он может блеснуть умом и информацией, но это не делает его удобным сожителем. На бумаге он великолепно прячется за ширмой своего "лирического героя", обманывая читателя, что это он и есть. Он может трогательно писать о доброте и страданиях, и при этом хладнокровно причинять их другим. Его призвание для него дороже всего, мир обеднеет без его творений, поэтому все его капризы – оправданы. Он избранный, а с избранных – какой спрос? Остальные существуют лишь для того, чтобы помогать ему в его нелегком деле.

Лишь безумный человек может быть хорошим писателем, потому что имеет способность материализовывать своих призраков. Поэтому жизнь с ним превращается в сумасшедший дом. Два же писателя в одном сумасшедшем доме – это как два поезда, несущихся навстречу друг другу по одному полотну.

Я не говорю, что я во всем такой, но и какой я, блин, писатель?

Все мы калеки этой жизни. Хотя иногда эта же жизнь, как великий скульптор, вытесывает из нас что-то и правда величественное. Она не лепит нас мягкой глиной, она сокрушает нас зубилом, отбивая все, на ее взгляд, лишнее, сколько бы крови из нас при этом ни вышло. Делает она это размашисто, не расчетливо. Ей все равно: получится – хорошо. Не получится – у нее еще сколько угодно материала.

И мы ходим обрубками, камуфлируя выщербленные места, прикрепляя искусные протезы взамен отбитых рук и ног. И нам трудно и с нами трудно. Мы очень хорошо понимаем себя, и очень плохо других. Ведь это нас искалечили! – думаем мы. А искалечили всех, хоть и по-разному. Поэтому надо быть готовым к тому, что, какого бы ни был качества чай – у людей друг с другом ничего не получится.


Tags: письма римскому другу
Subscribe

  • P.S. рассказа «Тихое место»

    Несколько дней назад я узнал, что умер и второй герой одного моего грустного рассказа. После смерти жены он продержался удивительно долго.…

  • Томилино, 35 лет спустя

    Наш дом, в котором мы жили в 83-84 гг. Он еще стоит, чему я несказанно удивлен. Как и тому, что я его нашел... Альбом:

  • Уцелевшие

    Можно сказать, что прежде мы не жили. Сперва долго готовились к жизни, потом ненавидели, «боролись», не делая попыток включиться в эту…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 28 comments

  • P.S. рассказа «Тихое место»

    Несколько дней назад я узнал, что умер и второй герой одного моего грустного рассказа. После смерти жены он продержался удивительно долго.…

  • Томилино, 35 лет спустя

    Наш дом, в котором мы жили в 83-84 гг. Он еще стоит, чему я несказанно удивлен. Как и тому, что я его нашел... Альбом:

  • Уцелевшие

    Можно сказать, что прежде мы не жили. Сперва долго готовились к жизни, потом ненавидели, «боролись», не делая попыток включиться в эту…