Пессимист (Александр Вяльцев) (pessimist_v) wrote,
Пессимист (Александр Вяльцев)
pessimist_v

Category:

Обиженный

 

 

Это очень важный для меня пост. В каком-то смысле он является «идеологической» кодой некоторого количества прежних постов.

 

Сопли обиженного человека всегда выглядят жалко. Обиженный человек – эгоист. Дурные люди сделали мне плохо! Дурные – прежде всего потому, что сделали плохо. Что же, люди ошибаются (и обиженный – тоже), и реально дурное все равно обрушится прежде всего на них самих.

Не надо сосредотачиваться на обиде, сцеплять себя с нею насмерть. Так можно дойти до настоящей всепожирающей ненависти и шизофрении, потерять способность владеть собой и своей душой.

Обиженный считает, что все должны были думать о нем, как он всегда о себе думает, его возможной боли и обиде. Он – собственный бог и религия. Поэтому обидевший его, словно изменивший основам веры – немедленно предается анафеме.

Это если не гордыня, то просто детская наивность: мир не крутится ни вокруг тебя, ни вокруг никого.

Важны, в конце концов, не обиды, которые тебе нанесли, а которые ты нанес. Вот что должно реально мучить человека. Обижаться из-за полученных обид умеет каждый, это естественно и легко. Трудно не то, чтобы прощать обиды, трудно сделать себя свободным от этой боли и этой обиды. Надо настаивать, что никто не сможет потрясти равновесие моей души и мое благожелательное отношение к миру.

Надо отвязать себя от источников, через которые поступает боль. Это как отпустить бунтующие области империи на свободу. Оставить один клочок, но на который уже никто не претендует, который если и исчезнет, то вместе с тобой.

Вот как Кьеркегор комментирует главу Гегеля о «несчастном сознании»: «Несчастный… – тот, чей идеал, чье содержание жизни, чья полнота сознания, чья настоящая сущность так или иначе лежит вне его. Несчастный всегда отторгнут от самого себя, никогда не слит с самим собой».

Чем в самом деле можно обидеть сильного и независимого человека («слитого с самим собой»)? Назвать его дураком? Но он знает, что он не дурак. Не дать ему того, что он заслужил? Но то, что ему нужно, он может дать лишь сам себе и, скорее всего, уже владеет этим. Побить его? Но чью правоту это докажет? Начать эксплуатировать его благорасположенность и отнимать покой? Он должен продемонстрировать «высокую культуру отказа» (см.)

Может, существование такого человека – иллюзия? Каждый в чем-то или почти во всем слаб, каждый заблуждается, в том числе на счет самого себя и своих совершенств. И, однако, человек, увлеченный идеей и наделенный волей, строит в донецких степях подводную лодку или делает из металлолома летающий самолет. Вероятно, человек может и себя выстроить, если будет абсолютно честен с собой и безжалостен к собственным слабостям. Ибо – не важнее ли он самолета?

 

Ты боишься терять, потому что беден. Значит, надо стать богатым. И таким богатством, которое никто не отнимет. Иначе ты будешь постоянно оглядываться на утраченное богатство, как жена Лота, и поминутно превращаться в соляной столб. Вместо того чтобы идти вперед и обретать новое богатство.

Ты боишься одиночества, потому что слаб и плохо ориентируешься в мире. Ничего, испытания закалят тебя, а жизнь и опыт научат ориентироваться. Надо только пережить и перетерпеть самые первые приступы, как первые дни после операции. А не решать одни проблемы через другие, создавая все новые и новые, словно накладывая на больное место все новые и новые повязки, – вместо того, чтобы внимательно посмотреть на гноящуюся рану и понять, а что там, собственно, болит?

А болит, скорее всего, твое маленькое, испуганное, обиженное «я».

Человеку нравится ходить обиженным, ощущать, что кто-то виноват перед ним. Что он кого-то лучше. Быть обиженным – это занятие, профессия даже. Обида освобождает от всех иных печалей и забот, возможно, более существенных. Но тебе уже не надо заниматься ими: у тебя есть твоя обида! Обида – как индульгенция: вот почему я несчастлив! Враг определен, он всегда снаружи. «Ад – это другие».

Как правило, во врага обращается тот, на кого возлагались самые большие надежды. Он их, дурак, не оправдал! Он так виноват перед нами. С точки зрения эгоцентрика вся жизнь другого сводится к тому, чтобы оправдывать его надежды. Дурак: я тебя так выделил из всех, так приблизил, такой, мол, чести удостоил, – а ты?! Ты предпочел себя мне – какая же ты свинья!

Приблизив к себе другого по той или иной причине – ты связываешь себя с ним психической пуповиной. Теперь каждая его ошибка будет восприниматься тобой как собственная ошибка, каждый его поступок, событие в его жизни – немедленно отзовутся на тебе. Но ты и за свои поступки плохо отвечаешь, что же говорить про чужие! Притом, что свои-то ты еще как-то можешь оправдать, а чужие – нет, ибо не понимаешь их мотивации. Пуповина не позволяет заглянуть в мозги другого. Она создает лишь единою нервную систему, но не реальную единую личность.

Ненависть происходит от боли. Надо разобраться с источником боли. В конце концов, ты сам сделал себя зависимым от другого, как торчок сделал себя зависимым от любимых веществ.

Мы не должны распространять право собственности на других людей, чтобы потом не переживать, что, мол «у меня, злые, плохие, отняли мое!». Всю собственность надо ограничить самим собой, даже не из безопасности, а просто из справедливости. Другой человек – не часть тебя. Он имеет право на свою жизнь. И не надо делать его частью, не надо «приручать» его и не надо самому «приручаться». Кажется, что так проще, человечнее, даже гармоничнее, такие мы теперь, блин, котики, андрогинны и инь-яны! Хрень это, а не гармония! В конце концов, в тебе самом предостаточно инь-янов, темных, светлых и пестрых начал – вот и упражняйся с ними. Глядишь – и другой не понадобится.

Мы пытаемся усилиться за счет другого – вот смысл наших объединений. А это делать нельзя, ибо это воровство, а не любовь.

Кстати, а есть ли в этих моих рассуждениях «любовь»? А нельзя без нее? Это – догма? Я, честно сказать, предпочел бы дружбу. И ее-то сохранить нелегко, не говоря про любовь.

Суть любви, что она проходит, как проходит лето или проходит день. Это очень горючее и легко выгорающее вещество. Любовь приходит и уходит – и тут ничего не поделать. Ее нельзя зафиксировать на себе. Обидно лишаться чужой любви, типа: за что?! Что я сделал?! Это несправедливо!

Возможно, и сама любовь была несправедлива, но ты это, конечно, не признаешь. Любовь-то была справедлива, а вот исчезновение ее – нет. Увы, апелляцией к справедливости нельзя вернуть любовь.

Уж если «любовь», то я бы предпочел такую, которая ничего не требует взамен, которая, отдаваемая, ничего не лишает дающего, поэтому он не выставляет счетов. Он не творит кумиров и поэтому не приносит им жертвы. Не подписывает векселей, по которым будет всю жизнь платить.

Вот, скажут мне, это самая настоящая любовь и есть! Может быть, только в природе она практически не встречается, как вымершее животное.

Поэтому вместо непонятной «любви» я предпочел бы сосредоточиться на личной гармонии и душевной тишине.

Жаль, что гармония эта может быть только у одного. Одиночка за суровость своей жизни обретает в дар гармонию.

Или не обретает.

 


Tags: упражнения
Subscribe

  • Цензура

    Почти три года назад я ушел из Фейсбука. Теперь ушел из Дзена. Причина одна: цензура. Понятно, что многие люди держатся за рейтинг. Но этот…

  • Священно право

    «Священное право собственности» – эта фраза всегда раздражала меня сочетанием несовместимых понятий. В «Декларации прав…

  • Итог

    В 91-м Россия поступила «цивилизованно», то есть не стала (как раньше) силой оружия возвращать бунтующие части назад, в «большой…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 39 comments

  • Цензура

    Почти три года назад я ушел из Фейсбука. Теперь ушел из Дзена. Причина одна: цензура. Понятно, что многие люди держатся за рейтинг. Но этот…

  • Священно право

    «Священное право собственности» – эта фраза всегда раздражала меня сочетанием несовместимых понятий. В «Декларации прав…

  • Итог

    В 91-м Россия поступила «цивилизованно», то есть не стала (как раньше) силой оружия возвращать бунтующие части назад, в «большой…