October 23rd, 2009

Революция!



Как в жизни каждого человека нужны перемены, так каждой стране нужны революции. Революция является мощным эволюционным толчком, революция – перетряска элит, ампутация омертвевшего, дряхлых догм, ветхих упований, ложных самоидентификаций. Это проверка новых вариантов развития – общества, если у него еще есть какие-то варианты, и если оно хочет жить, а не умирать в застывших формах, придуманных во время оно. 
Настоящий прогресс в любом обществе начинается с революции.
Бессмысленных революций не бывает. Всякая победившая революция – оправдана внутри себя. Здоровое государство справилось бы с ней, как здоровый организм с болезнью. 
В истории России не было до 17 года успешных революций. Были, как в Китае, только дворцовые перевороты, смены правящих династий. Уже так называемая революция 1905 года породила много свобод, но не оздоровила умирающий организм. Конечно, не будь мировой войны и наших неудач в ней, кто знает… 
Нет, исходя из моего тезиса, революция все равно произошла бы. Любая большая война, моровая язва, любое серьезное испытание для отжившего строя – и грянула бы революция. Потому что справиться с серьезным вызовом старая власть уже не могла. Не было у нее ни рычагов, ни воли. Другое дело, что революция не обязательно могла бы кончиться приходом к власти большевиков…
Но в тот момент лишь они могли предложить рычаги – жесткие, но действенные. Лишь они обещали не декоративные изменения, а нечто фантастически новое, превосходящее даже потребности одной страны. Русская революция осознавалась на самом деле как мировой переворот, новое небо и новая земля, поэтому вызывала восторг и сочувствие едва не повсюду. Во главу угла было поставлено отрицание всех старых незыблемых догм: государства, наций, частной собственности, денег, семьи, религии – разве не замечательно?! Большевики предложили новый великолепный проект, настоящий прыжок в будущее, по сравнению с которым проекты всех остальных партий казались буржуазной мацой, жалким паллиативом, требованием не невозможного, а именно возможного, то есть – оппортунизмом. 
В любой другой стране победили бы, без сомнения, разумные оппортунисты. Но Россия, так запоздавшая с революцией, хотела всего и сразу. Да и не было у большинства народа тех самых буржуазных ценностей, которые ему следовало бы защищать. И не его в том вина. Поэтому был выбран самый крайний, самый утопический вариант. 
И ведь никто не мог тогда со 100% уверенностью сказать, что он нереален, неосуществим. Напротив, самая передовая экономическая и политическая наука предсказывала этому варианту успех. Нет, с уверенностью можно было с сказать лишь, что революция губит весь прежний образ жизни этой страны, все эти богомолья, крестные ходы, умильные выносы святых мощей… Или торжественные царские процессии, блеск мундиров, балы во дворцах, умиротворенную медитативную жизнь избранных в своих поместьях и пр. Губит прежнюю "мораль"… Да и хрен с ней! 
Смысл русской революции был в попытке построить гуманное общество без Бога – то есть без прежних страхов и прежней "морали". Советская власть дает людям образование – а они преобразовывают землю, спасают людей, умирающих в нищих забытых деревнях в бесплодной борьбе с природой.
Революция завоевала... сны и главной профессией сделала душу”, – писал Андрей Платонов. Его герои думали, что буржуазия мешает всеобщей любви, они крушили прежний мир с фанатизмом крестоносцев в землях неверных. Они нежны друг к другу, они трудятся друг для друга: не то первые христиане, не то коммуна хиппи.
Сироты в своей жизни – они собрались для взаимной любви в Чевенгуре, прикрываясь красным флагом от окружающего враждебного мира, а на деле – от новой советской бюрократии и новой казарменной государственности.
Гимн бедности, много раз повторенный в “Чевенгуре” и “Джане”: бедность заботилась о богатстве, оттого и осталась бедностью. Бедность всего разумнее, она из ничего весь свет состроила и так далее. Ты за всю жизнь не скопил себе никакого добра – значит, ты хороший человек.
И не в том ли был смысл социализма для самых одухотворенных русских людей, чтобы опровергнуть законы природы и начать научно воскрешать мертвых? Они героически трудятся и горят опережающей события мыслью. Они работают на износ и спят вповалку на голой земле, добывая социализм из вещества своего скудного тела.
Вот, кого надо читать, чтобы понять, что такое была Русская революция, и почему победили большевики, а не кто-то другой. 


Революция № 2

В своем посте о революции я как бы спорю и "опровергаю" Солженицина. Но Солженицин был плохим историком и никаким философом. Хороший историк, на мой взгляд, должен тонко чувствовать диалектику, как бы неприятна она ни была.
Солженицин собрал неопровержимые доказательства мерзости сталинского совка – честь и хвала! Но в разоблачении режима он зашел дальше, чем мог его понять, то есть понять логику его победы – и, как старорежимный патриот, свел всю русскую революцию к бездарности отдельных лиц и "заговору", инспирированному Германией… Так же наивно, мало зная и понимая ситуацию – он позже критиковал развал совка.
А существует язвительная (и всем вроде известная) диалектика (и даже афоризм), по которой исключительное зло может исходить из попыток устроить максимальное добро. Например, проповедь Евангелия кончилась кострами инквизиции. Вот и попытка построить идеальный мир для большинства – кончилась Гулагом.
Я не принимаю тезиса, что устроители революции были лицемеры и ничего построить не хотели, а хотели лишь власть заграбастать. Откуда это известно? Они были фанатики, поэтому и победили. Лишь абсолютный фанатизм и жертвенность побеждают. В том случае, если они избрали подходящий момент и созревшую ситуацию.
Но победа еще не есть правда – и, конечно, не есть ее наступление. Власть требует рациональности, употребление власти гораздо сложнее, чем захват ее. Реальность не считается с обещаниями, прокламациями и даже выводами "экспертов". Народ ждет от власти, что она сделает его счастливым – при минимальных усилиях с его стороны. Ибо в своих прокламациях будущая власть утверждала (а народ заинтересованно поверил), что все причины существовавшего горя – в тех или иных злодеях, которых достаточно изничтожить, чтобы наступило всеобщее счастье.
Почти не сомневаюсь, что эти краснобаи действительно верили в свои слова. Они были оптимистами, они верили в человека. А русский человек того времени был, конечно, прекрасен, но, по большому счету, довольно большое говно (как и каждый человек в своей массе). Почему – это другой вопрос… Он не оправдал надежд вождей, не захотел бесплатно отдавать хлеб умирающим с голоду городским пролетариям, а пролетариат, в свою очередь, не захотел бесплатно вкалывать ради победы мировой революции и осуществления далеких идеалов. Народ оказался недостойным их. А революция уже случилась – и обратного пути не было. И пришлось создавать новое государство, которое давит тех и принуждает этих, хотя бы ради самосохранения. Тогда и началось лицемерие и гниль. (Это так, в виде упрощения.)
Никто не осмелился сказать, как и в христианской "революции" начала эры – что идея натолкнулась на негодный материал и осуществлена быть не может. Власть начала выкручиваться – и выкручивалась до последнего, погрязая в маразме. Именно это мы и застали в 60-80-е.
Я не хочу осуждать народ. Но когда интеллигенты рассуждают об истине, они совсем не понимают, что составляют в лучшем случае 5% тех, кто готов воспринять ее во всей ее достаточно смелой форме. Все остальные видят что-то другое, хотят чего-то другого, очень простого и, чего греха таить, пошлого. Если ты с ними не считаешься – начинается тоталитаризм. Если считаешься – Голливуд. Второе, вроде, и лучше, но для настоящего революционера – гадость!