November 26th, 2010

ВТриЧетверти

Лицедей


 

Талант писателя, как и талант актера – в его способности перевоплощаться. Он должен полностью «предать себя», переродившись в своего героя, он должен стать злодеем, влюбленным, счастливым, несчастным, инженером-физиком, ничего в этом не понимая. И выглядеть, чувствовать, поступать так, как чувствовал бы и поступал инженер-физик. Или беглый каторжник, убийца детей.

Совершить столь непростой переход можно с помощью так называемого вдохновения, то есть специальной формы одержимости.

Вот, например, ты выбрал в герои террориста-бомбиста, хотя на данный момент никакого революционного духа в себе не ощущаешь. И ты должен ввести себя в медиумическое состояние, словно в транс – и заговорить, заметаться по площадке романа, как настоящий террорист, охваченный страстью к насильственному свержению власти ради счастья человечества, в жертвенном порыве выскакивающий на улицу с бомбой в кармане.

Иногда оказывается, что все надиктованное отчаянным духом террориста (скажем), услугами которого ты воспользовался, словно подсказкой из зала, – никак не хочет укладываться в придуманный сюжет. И тогда надо кромсать или одно или другое. Это трудности профессии.

Впрочем, риторики и сознательных и бессознательных заимствований из сходных источников (например, повести Леонида Андреева "Тьма") тут все равно будет больше, чем точных деталей. Ведь писатель еще и великий лицедей, импровизатор. Стоит ему заразиться темой, интонацией другого писателя – и он уже поет на тот же лад, вещает чужим голосом, как обкуренная пифия.

Поэтому так часто читатели обманываются насчет писателя, принимая его за героев его романов, за глубоко переживающую личность, на пределе связок поющую о добре и зле. А в это время в писательском ресторане он хлещет водку и мечтает снять очередную клюшку пока жена в командировке.

Но вот детали-то не выдумаешь, их надо пережить. Пережив что-то один раз (скажем, любовь, разлуку, отчаяние, зубную боль), писатель теперь легче настроится на нужное состояние, вспомнит свои чувства – и нарисует убедительную картину. Поэтому никуда не деться от опыта. Всякого, в том числе совершенно ужасного, где ты по уши вымазываешься в говне – исключительно ради творчества, само собой.

Либо тогда писать лишь о котятах.