August 24th, 2011

В очках

Картина с выставки - 3

3.

 

– А-а! Это... – он как-то язвительно засмеялся. – Так, одна знакомая. Вы ее не знаете.

Он замолчал. Она боялась, что он опять сменит тему. Это, конечно, был не тот ответ, который ее устраивал. Что-то ей подсказывало, что и его тоже.

– Все это так давно. Еще чаю?

– Мне это до некоторой степени важно, – опять начала Галя.

– Да? Забавно. Почему?

– Но, если вы не хотите говорить...

– Да нет, вы не поняли, почему не хочу? Может быть, она мне удалась. Я так считаю. Это... ведь была моя любимая женщина, ха-ха-ха!

Он быстро глянул и перестал смеяться. Приведенная информация требовала переваривания. Минуты молчания, как при поминании усопшего.

– Она похожа на...

– На кого? Нет. Ну, если вам надо знать... Это Инна Покровская. Одна знакомая молодости.

– Как! – воскликнула она немного ненатурально. – Это Покровская!

Галя не ошиблась и была поражена этим.

– Вы ее знаете? Учились у нее? Она преподавала, я знаю.

И тут она сказала, что отец приводил ее, Галю, в один дом, не учитывая восприимчивости молодых существ, тем более памятливых на столь необычных людей, в центре, рядом с каким-то бульваром, что летом они втроем с мамой ездили на дачу (Антон был у бабушки), где ходили какие-то снобы, а он заставлял ее позировать Покровской, и ее, и маму, а потом она куда-то уехала, а мама плакала и била тарелки, а отец нещадно курил и был очень чужой.

На каждое слово он кивал и был очень печален.

– Я не спросил, как ваша фамилия?

Collapse )
В очках

Картина с выставки - 4

4.

 

Показав несколько фото и сказав много слов, Гале удалось заинтересовать руководительницу своего диплома. В конце концов, можно было подумать даже о будущей выставке... У руководительницы были связи в разных галереях, даже в Третьяковке. И вдруг у Гали мелькнула лихая мысль – приобрести портрет. Точнее, она пришла к ней по дороге к Станиславу (как он попросил себя называть). И тут же болезненно сжалось сердце – вдруг поразивший ее портрет уже куплен, а он мог бы законно и эффектно открывать будущую выставку, как некая интродукция, вводящая зрителя в более тесное и, может быть, сентиментальное знакомство с художницей. Насколько она знала, у нее не было или не сохранилось ни одного автопортрета.

С прошлой их встречи прошла неделя – но разница была налицо. Теперь он смотрел на Галю как на хорошую знакомую, с которой можно не церемониться. Не хотела церемониться и она.

Едва не с порога Галя спросила, во сколько он оценивает портрет? Станислав несколько раз усмехнулся и долго мудрил с ответом.

– Зачем вам? Вам лично? Вам лично я готов отдать его бесплатно.Collapse )