April 9th, 2013

лаевский

Чужой фарватер

Философ должен быть одиноким – это наилучшее для него состояние. Для поэта, художника, может быть, нет, но для философа – точно. А не им ли я мнил себя прежде всего? Не эта ли генеральная установка, быть «философом на базаре» (а не профессором философии!), – была сделана мной едва ли не в позднем школьном возрасте (на мою беду)? Это значило: жить иначе, чем живут все люди, жить «правильно», осознанно, свободно, не повторять их пути, не ловиться в их ловушки, не разделять их взгляды, сводившиеся к двум простым вещам: вести себя, как все, иметь то, что имеют все… Они – жертвы банальности и самих себя, не они владеют ситуацией, а ситуация владеет ими. Они беспомощны стать красивыми, быть заметными в толпе. Они ищут себе иллюзорные объекты стремления, потому что не знают настоящих или потому что у них нет сил вести эту славную войну. Им скучно с собой, они безответственны и не хотят думать о том, почему ошибаются, – потому что ошибка сладка и есть прямой вывод из желания проскочить по жизни по самому легкому варианту (и, как великие хитрецы, взять больше, чем дать).

Все вышло не так, как следовало из идей: я ошибался, как и все, и ловился, как все. Или не как все! Разве можно предположить, что я ошибусь «как все»? Нет, конечно, если я и ошибусь, то, разумеется, как-нибудь на особый лад. Оригинально.

Collapse )