Идет вековая война города и деревни. И деревня в этой войне очевидно проиграла. Деревня – это что-то консервативное, неподвижное, суровое и неудобное. Она не знает Аристотеля и тонких радостей. Ее преимущество – она живет сама по себе. Деревня не начинает войн и не интересуется политикой. Она свободна и от дурного и от хорошего, что есть в городе. Словно из причерноморских степей – все мы вышли из деревни. И коллективное бессознательное, даже если его нет, напоминает нам об этом. Маршалл Маклюэн писал о "глобальной деревне". Наверное, это и есть наше будущее. Ибо чисто городское существование – ложно, однобоко, невротично, неестественно и нездорово. Такую нелепую жизнь невозможно выдержать – и городской человек заводит дачу. Побежденная, почти уничтоженная деревня возрождается как стоянка мореплавателей, чьи внутренние яхты садятся на мель на неглубоких городских улицах. Нынче воздух города лишает свободы. Свободным нечего делать в городе. Он концентрирует людей и болезни, он концентрирует слабость под видом силы. Он придумывает нелепые обычаи и идеи. Он морочит людей, как торговец китайским товаром. Он создает потребности. Он не удовлетворяет их. Я, чисто городской человек, – не понимаю его. Наверное, надо очень любить людей, чтобы жить здесь. Но все это лишь предисловие к фото. Фото неба над Троей.