Пессимист (Александр Вяльцев) (pessimist_v) wrote,
Пессимист (Александр Вяльцев)
pessimist_v

Categories:

Понтийские хроники – 6






 

Евпатория

 

Воспользовавшись тем, что Нильс вознамерился вывезти из Евпатории экс-жену и ребенка, отдыхающих там, – решил скататься в этот город, куда давно хотел попасть. Последний раз я был в нем в 77-ом, ибо в соседнем городе Саки находился мой пионерлагерь. Тем не менее, я  совершенно его не помню. Машинке, наконец, пришлось хорошо поработать, но она благородно справилась с поставленной задачей.

Не имея карты, мы легко попали в центр, если так можно сказать, и остановились недалеко от какой-то средневековой башни – у, как выяснилось, другого памятника и музея: «Текие Дервиш», мечети и средневековой «гостиницы» для дервишей, с тамгой Гиреев над мавританской аркой, – прямо под вывеской художественного салона-магазина «Малый Иерусалим». Преследует меня этот город.

Старая Евпатория меня порадовала даже больше, чем я ожидал. Во-первых, тут есть, что смотреть, во-вторых, она сравнительно неплохо отреставрирована, хотя бы частично, в-третьих, это хорошо сохранившийся город, провинциальный, маленький, с запутанной «средневековой» планировкой.

С начала 19 века Евпатория, которой вообще-то 2500 лет, стала «столицей» крымских, а, значит, и мировых караимов (которых всех-то было 30 тысяч). Караимы играли в городе столь важную роль, что даже городской голова был караимом: Семен Эзроивич Дуван. Надо думать, при нем Евпатория приобрела еще больше европейских черт и застроилась изрядным количеством зданий в стиле модерн. Образцом является его собственный дом, рядом с собором св. Николая и мечетью Хан-Джами.



Одновременно здешние караимские кенасы – самая существенная городская достопримечательность. Караимы вроде как иудаисты, но они отвергают Талмуд и из Танаха признают лишь Тору, Пятикнижие Моисея. Находятся кенасы на Караимской улице, одной из самых длинных в Старом городе. Она начинается от средневековых (восстановленных) ворот, свеже замощена и отреставрирована, как и некоторые другие улицы Старого города. Старость этого города невелика, в основном 100-200 лет, но в бывшем совке с его бурной историей – и это достижение. К тому же в городе сохранились мусульманские объекты 16 века: баня, пара мечетей. Имеется и вполне обычная синагога нормальных евреев, называется Ремесленная, типичная базилика, с большим круглым окном с могендовидом на фасаде, там где к католических храмах располагается розетка.

Минареты являются хорошим ориентиром в низком городе, поэтому весьма быстро мы с Нильсом очутились у действующей мечети Хан-Джами, 16 века, самой большой мечети Крыма (архитектор Ходжа Синан), в которой принимали клятву все крымские ханы (из рода Гиреев, разумеется), вступающие «на престол». Мечеть – типично византийская, крестово-купольная, как сказал экскурсовод, хотя я не назвал бы ее таковой, ибо полноценного креста в ней нет. Скорее это просто купольная базалика, вроде Софии Константинопольской, любимый архитектурный тип мусульманских архитекторов.

Во дворе мечети всем желающим предлагают экскурсию, лишь надо надеть халат, а женщинам еще и хиджаб, платок, отчего они ничуть не проиграли, если не наоборот: приняли совсем иное, более строгое и утонченное выражение. В отличие от Нильса, я не смог отказать себе в таком «извращенном» удовольствии. Давненько я не был в мечети, может быть, с 86-го года и Самарканда. А тут еще и действующая. Кстати, оплата экскурсии добровольная: каждый платит, сколько может и хочет.

Внутри мечети мы сели на ковер на корточки или по-турецки, причем женщины позади мужчин. Экскурсию проводил местный юноша-мусульманин, проводил неплохо: рассказал об истории мечети и основах мусульманства, хотя многое в его словах напоминало пропаганду, а на многое хотелось активно возражать.

Рядом с мечетью находится уже упомянутый дом-модерн городского головы Дувана, боковым фасадом выходящий на площадь, на которой стоит огромный синий собор св. Николая Чудотворца, конец 19 в., практически того же архитектурного стиля, что и мечеть.

На одноэтажной, южной, аутентичной и оттого очень своеобразной улице Красноармейская, блуждая без плана по городу, наткнулся на старые турецкие бани. И снова вписался в экскурсию. Экскурсовод, молодая высокая женщина в длинном голубом платье, начала как многие экскурсоводы – с экзамена своих подопечных: а что мы знаем про Роксолану, которую в этих банях  готовили для отправки в Турцию? Несмотря на сериал – никто ничего не знал. За исключением вы понимаете кого. Отвечая по билету, сообщил я и много сведений, рисующих Роксолану в крайне отрицательном виде, из-за чего у нас с экзаменатором-экскурсоводшей возник спор. Кроме информации про Роксолану экскурсоводша сообщила, что данная баня, 16 века, якобы, первое моечное сооружение в Европе. Этого, естественно, никак не может быть, потому что в одной захваченной во время реконкисты Кордове (13 век) христиане закрыли тысячу бань, как писал Ницше в «Антихристе». (Проверяя свою память Гуглом выяснил, что Ницше писал всего о 270, при этом сильно преуменьшил число: на самом деле, в одной Кордове их было 4000. А сколько в Испании!) И с этих пор, точнее с падения Гранады (конец 15 в.), до 19 века Европа действительно не мылась. Если оставить за скобками Россию, само собой.

Баня – это достаточно большое сооружение, много больше, чем в Бахчисарае, с мужским и женским отделением. Мы услышали красочный рассказ про массажистов-евнухов, обрабатывающих посетителей бань: «Вначале банщик любезно приглашает лечь на "гей бек-таш", надевает рукавицу из твёрдой шерсти и хорошенько трёт спину своего гостя. Затем кладёт его навзничь и начинает с невероятной силой "заламывать" разные части тела, бить по ним кулаком, разминать все пальцы и суставы, которые хрустят под его опытной рукой. Затем складывает руки посетителя на груди и сильно давит на них коленом. Потом банщик ловко переворачивает подопечного на живот, оправляет его плечи и бока. Затем проводит большим пальцем по позвоночнику, чем причиняет невероятную боль, которую сменяет ощущение блаженства. А после, войдя в транс, наскакивает на плечи пациенту, скользит ногами по его бёдрам, мнёт коленями, храбро танцует на спине, приседает! Лишь глубокий стон человека сигнализирует, что удовлетворение достигло последней черты и пора завершать»... (Этот текст экскурсоводша заимствовала на одном из сайтов, который я потом нашел.)

Услышали мы и про то, чем тут занимались помимо прямого назначения (скажем, искали невест, что правда, – ведь в бане кандидатки находились в своем естественном виде, что так возмущало европейских женщин 19 века, посещавших, например в Каире, арабские бани). Рассказали нам и даже показали устройства, с помощью которых в бани поступало тепло: отдушины в стенах и отопительные трубы под полом. Не сказали только, что арабы и турки заимствовали данную технологию у греков или римлян, и называлась она в оригинале «гипокауст». Самое грустное, что бани были действующими еще в 80-е, а за девяностые их превратили в руины: какой-то арендатор выломал древний мрамор – и тут же исчез, бани закрыли, они превратились в общественную помойку и место жизни бомжей. Теперь значительная их часть не имеет крыши, полы с хитрой отопительной системой и "гей бек-таши" разломаны… А ведь какою можно было бы сделать туристскую достопримечательность: действующие средневековые турецкие бани! Очередь стояла бы во всю Красноармейскую.

От бани я дошел до уже знакомой синагоги Егия-Капай, выходящую двором всю на ту же Красноармейскую улицу. Во дворе располагается кафе-музей еврейской кухни «Йоськин кот». Вот это верный подход! Здесь же я узнал у молодого человека, как пройти к кенасам.

Эти кенасы и правда очень любопытны. Они представляют собой несколько дворов, перекрытых металлическим трельяжем, увитым виноградом. По стенам – большие мраморные доски с текстами на иврите. За «Виноградным двором» идет «Мраморный». Отсюда через аркаду выход в еще два двора: мемориальный и «Лапидарий», караимское кладбище (то есть его остатки). В стене кенасы аккуратно сохранено русское ядро, попавшее в нее в 1855 г. За «Мраморным» – еще одни двор с солнечными часами и входом в главную кенасу. Все отлично отреставрировано, архитектурные детали, цвет, узоры – напоминают Бахчисарайский дворец.

Здесь же я купил карту города и теперь мог ходить более осознанно. И пошел я прямиком по кривым улицам – к театру им. Пушкина.

В отличие от Одессы, в Евпатории, как и повсюду, совковые названия остаются в силе, лишь на специальной табличке пишут иногда, например: «ул. Пролетарская, историческое название ул.  Полицейская». Не вижу между этими сущностями большой разницы.

Поэтому красивый дореволюционный театр в стиле модерн – находится на проспекте Ленина. Около театра, у елки, обозначенной, как энергетический центр города, я воссоединился с Нильсом, который уже пребывал в обществе экс-жены Веры и шестилетнего сына Гриши. В этой обновленной компании мы продолжили осмотр старого города, а в нем осталось еще много достойных домов, например, собор св. Ильи. Кончили культурное путешествие в «Текие Дервиш», где мы записались в последнюю в этот день экскурсию, проводившуюся лично для нас. В ожидании экскурсии пили на достархане местного кафе зеленый чай и шербет. Перед экскурсией нам с Верой пришлось обвязаться чем-то вроде юбки, прикрыть голые колени. Молодая татарочка рассказала нам о комплексе 15-18 вв., который едва не постигла та же участь, что и бани: в «лихие 90-е» его стали разбирать на стройматериалы. От Пятничной мечети остались лишь стены и поломанный минарет. Но саму «Текие» удалось отстоять. Внутри она представляет собой большое квадратное помещение, перекрытое куполом, вдоль стен идут арочные проему в кельи ночевавших здесь дервишей (и их учеников! – ориентация дервишей, в общем, известна). Интересно, что дервиш мог ночевать здесь бесплатно, но не больше трех-четырех дней – и должен был топать дальше.

Местной античности я, увы, не увидел: все закрылось, к тому же нам пора было ехать за вещами и возвращаться в Севастополь. А жила Вера с Гришей в санатории – в специальной санаторной части города, где кроме огороженных заборами санаториев и дикого количества детей ничего и нет. По дороге через город я узнал, что местные трамваи ездят в обе стороны по одному пути. Поэтому то и дело ждут и пропускают друг друга. Значительная  часть города имеет регулярную застройку, с чередующимся односторонним движением, как в Одессе. Конечно, до Одессы Евпатории далеко, но у нее есть свой любопытный колорит – который я и попытался здесь изобразить.



В общем, все. Остались фото и комментарии к ним. Смотреть их здесь:

http://www.facebook.com/media/set/?set=a.191244361006169.43727.100003618196051&type=3&l=78132ebd34

Tags: Евпатория, письма с Понта, фото
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Заинтересованность

    Так называемая «мораль», «понимание» добра и зла – это вторичный продукт религиозных (мифологических) концепций,…

  • ***

    Критик всегда одинок, Летом, зимой, в промежутке. Ищет повсюду исток Ужаса: в курице, в утке... Критик всегда виноват: Если девчонку…

  • Другой механизм

    Чтобы объяснить странное поведение человека в некоторых исторических ситуациях, например, культурных немцев в Третьем Рейхе, когда упомянутый…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments