Пессимист (Александр Вяльцев) (pessimist_v) wrote,
Пессимист (Александр Вяльцев)
pessimist_v

Варвары

Много десятилетий совок целенаправленно истребляли всех, кто пытался ходить не строем. И очень в этом преуспел. А прежде него значительное время тем же занималась Российская империя. От чего, как известно, рухнула. Рухнул и совок. Идея национальной избранности, основанной на сильном государстве, не может не творить рабов. Но рабское хозяйство, как доказано классиками, неэффективно, воровато, безынициативно, беспринципно. Зато все равны.

И это позорное «равенство» отвечает чаяниям русского народа, который по своей глубокой прозорливости ненавидит любое отклонение от нормы и образа, на фоне которых он выглядит не столь уродливо.

«Гнусная гнилость и совершенное бесправие патриархального деспотизма и патриархальных обычаев, бесправие лица перед мiром и всеподавляющая тягость этого мiра, убивающая всякую возможность индивидуальной инициативы, отсутствие права не только юридического, но простой справедливости в решении того же мiра – и жесткая, злосчастная бесцеремонность его отношений к каждому бессильному и небогатому члену; его систематическая злорадостная жестокая притеснительность в отношении к тем лицам, в которых появляются притязания на малейшую самостоятельность, и готовность продать всякое право и всякую правду за ведро водки…» – письмо Бакунина Герцену (1866).

Психика русского человека чудовищно искажена: историей, дворовым детством, пьяными родителями, армией, зоной, нищетой, тотальным бесправием и суровой битвой в говне за любое сверхположенное благо. Все это железно утвердило местную норму общежития, в силу которой всякую просьбу русский человек воспринимает как наезд (ибо привык к наездам), а согласие выполнить ее – как слабость. На наезд он естественно отвечает встречным наездом, согласно местной парадигме. Он не умеет и не считает нужным договариваться – ибо это тоже слабость. А он отлично знает, что слабому в этом социуме места нет. Что если кто-то будет слишком добрым и хорошим, – его коллективно оттрахают во все дыры и сошлют к параше. Ведь Россия – тюрьма, всегда была тюрьмой и еще какое-то время будет. Поэтому все порядки, язык, ценности в ней – тюремные. В этой тюрьме надо жестко отражать атаки, но не нарываться, не выпендриваться, ибо коллектив тебя съест.

Лишь в больших городах со старыми культурными традициями нормы жизни были менее головорезными. Там и кучковались те, кто ходил не по команде, там их узкий круг превращался в тайный орден. И эти «ордена» были лучшим, что было в стране.

Контраст между большим городом и остальной страной устрашающе показан в «Апостольской командировке» Вл. Тендрякова (прочел по приколу, раньше не читал). Для 69-го – это очень смелая повесть, хотя, конечно, не без лакировки (действительности). Смелая не только потому, что в ней много про поиски Бога. Самое важное: образ русской деревни, увиденной отнюдь не глазами испуганного столичного жителя. Тендряков сам из деревни, человек суровой судьбы и, похоже, ничего не боявшийся (его уважал даже Нагибин). То есть Тендряков хорошо знал, о чем писал. Деревня Тендрякова – логическое продолжение чеховской и бунинской деревни. Она не изменилась, хоть стала более сытая. Место урядника занял участковый, а место старосты – председатель сельсовета, заслуженный сталинист. Даже храм в ней имеется. Лишь не стало живущих в разоряемых дворянских гнездах вольных помещиков, барской стихии, как-то скрашивающей серый пейзаж русской провинции.



Эта деревня отделывается от чужаков, которые сомневаются в том, что признано обществом, не важно каким: советским или православным. Для идейно правильных товарищей «чужак» ненавистен тем, что ищет Бога, для верующих ненавистен тем, что ищет его не так. Чужак колеблет догмы, делающие жизнь проще и картину мира яснее.

И никуда эта деревня за 40 лет не исчезла. Эта деревня – значительная часть любого города. Она ездит на иномарках и пользуется компьютером, но внутри себя она дикарски необразованна и агрессивна. Эти люди со сломанным еще в детстве моральным позвоночником не уважают себя и не уважают никого другого. Их интерес к культуре равен нулю. Их горизонт не превышает голой повседневности. Они пусты как бочки, и потому хорошо плавают по океану жизни. Весь мир жестко поделен у них по принципу «свой–чужой». Они словно все время на войне, ждут опасности и атаки. Они никому не доверяют, даже «своим». Что говорить про «чужих»? Своей волей и силами они не способны организовать даже вывоз мусора, не говоря о том, чтобы создать какой-никакой культурный центр, галерею, спортивную площадку. Они будут сидеть по своим шести соткам, за глухими заборами и ненавидеть соседа. Если государство не сделает что-то само (в отсутствии местных помещиков) – никто не сделает никогда! Если государство расслабится и не проконтролирует то, что оно сделало – достойные граждане разворуют, а напоследок сожгут все, до чего смогут дотянуться. А местная администрация продаст остатки налево.

Это и есть традиционный русский социум – со своей неизменной татарской хитрецой в глазах. Не то чтобы он не менялся. Я давно его наблюдаю и вижу, что он стал более толерантным, менее эгоистичным, сутулым, пугливым. Но все равно он то и дело поражает своей непроходимой грубостью, тупой бесцеремонностью и изощренной бесчеловечностью.


Tags: Россия, литература, письма римскому другу, филиппики
Subscribe

  • Дом

    Завести дом – это полбеды. Это только начало бед и испытаний. Даже богатый человек не избежит тут геморроя, а небогатый, на свое…

  • Калека

    Глядя на то, что построено и продают в Крыму (и разве только в Крыму?), – кажется, что существуют люди, рожденные для уродства. Оно…

  • Дом

    Создание дома – сердечный приступ, безумие и последняя надежда одинокого человека. Твоего дома, который – твоя одежда и твое лицо. Где…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments

  • Дом

    Завести дом – это полбеды. Это только начало бед и испытаний. Даже богатый человек не избежит тут геморроя, а небогатый, на свое…

  • Калека

    Глядя на то, что построено и продают в Крыму (и разве только в Крыму?), – кажется, что существуют люди, рожденные для уродства. Оно…

  • Дом

    Создание дома – сердечный приступ, безумие и последняя надежда одинокого человека. Твоего дома, который – твоя одежда и твое лицо. Где…