Закон и пророки (2)
2. Трезвость
Свободный видит то, чего не видят несвободные: что свобода невыносима для человека. У свободного есть только пропасть для полета – и отсутствие смелости лететь. Да что там лететь – даже стоять превращается для него в проблему, случись ему заболеть, сломать ногу! Он банально погибнет, если кто-нибудь не принесет ему лекарство. Проблема свободы – это проблема стакана воды.
Все наши гордые потуги разбиваются о нашу беспомощность. И любовь в форме парного сосуществования – это далеко не продолжение рода, к которому вынуждает нас природа. Хотя и продолжение рода в человеческой истории работало на ту же идею: личного выживания. Род защищал тебя и защищался сам от превратностей существования. То, что человек потом назвал любовью, прежде было простой заботой, неспособностью особи выжить в одиночку. Человек не может то, что легко может кошка, поэтому для нее «любовь» – просто инстинкт, запускаемый по часам секс.
Человек создал разнообразные учреждения и институты, породил феномен частной собственности – чтобы увеличить свою свободу, сделать себя более независимым от рода, племени, политического режима, обстоятельств. Поэтому порой он самоуверенно думает, что ему никто не нужен. Он может жить по своему сценарию, наслаждаться собой, как лучшим обществом, пользоваться покоем по праву философа…
И пусть ему не на что надеяться (как я уже писал): надежда – это почти как жалость к себе: обе девальвируют ценность настоящего, обе говорят о недостаточности. Зачем надеяться тому, кто может действовать? Теперь ничто не мешает ему совершить то, о чем он мечтал, к чему был, по его мнению, предназначен. Свобода – возможность актуализировать мечту… и убедиться, что она была иллюзией, что то, чем человек невротически утешал себя, пока был несвободен, не существует на самом деле – или у него нет сил этого достичь. Свобода дала ему трезвость – и это огромное приобретение. Ну, или он добился именно того, чего хотел, и ему не на что жаловаться, то есть надеяться, просто потому, что у него все есть, играет, светится, работает. Если его запросы скромны, а возможности саморазвлечения велики – его положение весьма привлекательно.
Но никто не отменил роковые случайности или естественный ход вещей, похищающий крепость мышцы, несмотря на все оборонительные меры. Поэтому даже свободный должен обзавестись теми, кто в случае чего захочет ему помочь. Трагизм жизни объясняет прагматизм отношений. Дело не в любви, не в сексе и даже не в долге. Только совокупностью усилий и соединенным опытом каждая отдельная особь способна уцелеть на этой замечательной земле.
И в этом весь закон и пророки. (И весь Фейсбук.)