Пессимист (Александр Вяльцев) (pessimist_v) wrote,
Пессимист (Александр Вяльцев)
pessimist_v

Фермопилы

Жизнь – трагична. Поэтому глубока, ценна и стоит свеч. Это единственный шанс для духа (что бы под ним ни понимать) познать себя – и вообще что-то познать. Познать через беспомощность, боль, ошибки, одиночество. И даже через видимую бессмысленность самой жизни. Жизнь не бессмысленна, если дух расширяет пространство своего понимания ее.

Жизнь – трагична, и потому ищет утешения. Она тонет в утешениях, как герцог Кларенс в бочке с мальвазией. Она не борется с трагедией, она вообще не хочет о ней знать. Поэтому трагедия приходит к ней с другого конца, из чаши ее утешения.

Лишь сильный, вымуштрованный дух может долго и честно сражаться с трагедией. Он не показывает ей свои слабости, которыми она может воспользоваться. Каждая наша слабость – это ворота в крепость, пусть человек без слабостей – это либо монстр, либо не человек.

Человек – это бесконечная слабость, бледный, глупый ноль, медуза с мозгами – в стальном цеху Вселенной, которая работает по своей программе, ничего не замечая, не сворачивая со своего пути, как Китоврас. Она походя поражает нас, точнее мы сами сдуру лезем под какой-нибудь ее шарнир или поршень, и тогда узнаем, что такое трагедия. И убегая от ее стальных ударов, перенося их – мы обретаем самое ценное, что есть в человеческой жизни. Мы обретаем, собственно, саму человечность. Поэтому неблагополучные социумы, менее защищенные от трагедии, бывают более мудрыми. Главное, не убежать от трагедии, а принять то знание, которое она дает, используя его как инструмент, который долгой работой над нами – порождает, в конце концов, противоестественную ЛЮБОВЬ к этой жизни и ко всему, что в ней есть, включая людей.

Когда-то поэты воспевали любовь к року – в гордой надежде, что, встретившись с ним – не погибнут, но, напротив, обретут глубину и самые сильные слова, которые сделают их жрецами. Да, пройдя через трагедию, человек становится иным. Неготовые к ней – ломаются, как мост. Но не все несломавшиеся понимают, зачем она была им дана и почему вообще случилась, не открывают никаких смыслов, просто забывая ее. А ведь она была, может быть, самым истинным, что у них было, она была их шансом стать счастливыми, попросту говоря. Это была их инициация, которую они, хоть и прошли, но не получили мудрости. Обольщения жизни не покинули их, они опять требуют всего человека, жизнь осталась рыхлой и раздражающе непонятной.

Конечно, они тоже герои. Все мы герои, раз живем, имеем силы жить, несмотря ни на что.

Поэтому всех уцелевших героев с Новым Годом – еще одним годом нашего героического стояния в наших общих Фермопилах!

Tags: трагическое чувство жизни, фанаберии, философия
Subscribe

  • Самсон

    У Советского Союза была «великая идея», которую он мог дать миру, как некую надежду, как мощный эксперимент, страшную и работающую…

  • Выбор

    У интересных людей вся жизнь – череда выборов и экспериментов. Эти выборы и эксперименты спорны и порой небезопасны. Человек усложняет план…

  • Записки гламурного отшельника

    Покойный Нильс назвал меня когда-то «гламурным отшельником». Обидеть хотел, очевидно. Сам я обозначил себя, как трудолюбивого…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments