Олигархические беседы
До некоторой степени, идея треугольника и идея Бога – похожи. И то и другое может иметь «сущность» (о которой писал Спиноза), но (материально) не существовать. То есть существовать исключительно в виде идеи. С помощью идеи треугольника можно решить какие-то абстрактные или даже конкретные задачи. С помощью идеи Бога – тоже можно что-то решить… Или надеяться решить.
Вообще, сходство всех идей в том, что они живут исключительно у нас в голове. Они продукт мысли, хотя я все же не назвал бы их априорными понятиями. Нет в нас ничего априорного, кроме тела и заложенных способностей. Тем не менее, из воображаемого треугольника можно соорудить реальный, если он зачем-то нам понадобится. С Богом, конечно, такая операция не прокатит. Можно написать кучу «священных» книг и понастроить храмов – но к Богу это не будет иметь отношения.
Или, скажем, понятие числа. С ним дело еще хуже! В отличие от треугольника, числа вообще нельзя найти в реальности ни в каком виде. Разве написать их на бумаге с помощью цифр. Но это будет лишь их (платоновская) тень. И при этом вся современная цивилизация существует на числах, никакая техника, сложнее мясорубки, без них была бы невозможна.
И тогда Бог, аналогично числам, – это абстракция высшего порядка, благодаря которой действует не наша цивилизация, а весь паноптикум вообще. И мы, конечно, еще не нашли ей применение – и даже понять, что она такое, не можем. Поэтому наполняем эту абстракцию совершенно посторонними и вторичными ей вещами – вроде морали, наказания, загробного существования, заботы о нас с вами и пр. То есть, может быть, совокупность всех этих вещей – с добавлением еще миллиона других, – и дала бы искомый смысл и «назначение» этой абстракции. В нас нет бескорыстия в отношении нее – поэтому мы и не можем ее понять.
Это в том случае, разумеется, если она существует не просто как идея (ибо идеи бывают разные, в том числе «ошибочные», например, о плоской Земле и вращающемся вокруг нее Солнце) – а как идея с неким «рабочим потенциалом», необходимым для решения чего-то фундаментального.
Что не доказано.
Вообще, сходство всех идей в том, что они живут исключительно у нас в голове. Они продукт мысли, хотя я все же не назвал бы их априорными понятиями. Нет в нас ничего априорного, кроме тела и заложенных способностей. Тем не менее, из воображаемого треугольника можно соорудить реальный, если он зачем-то нам понадобится. С Богом, конечно, такая операция не прокатит. Можно написать кучу «священных» книг и понастроить храмов – но к Богу это не будет иметь отношения.
Или, скажем, понятие числа. С ним дело еще хуже! В отличие от треугольника, числа вообще нельзя найти в реальности ни в каком виде. Разве написать их на бумаге с помощью цифр. Но это будет лишь их (платоновская) тень. И при этом вся современная цивилизация существует на числах, никакая техника, сложнее мясорубки, без них была бы невозможна.
И тогда Бог, аналогично числам, – это абстракция высшего порядка, благодаря которой действует не наша цивилизация, а весь паноптикум вообще. И мы, конечно, еще не нашли ей применение – и даже понять, что она такое, не можем. Поэтому наполняем эту абстракцию совершенно посторонними и вторичными ей вещами – вроде морали, наказания, загробного существования, заботы о нас с вами и пр. То есть, может быть, совокупность всех этих вещей – с добавлением еще миллиона других, – и дала бы искомый смысл и «назначение» этой абстракции. В нас нет бескорыстия в отношении нее – поэтому мы и не можем ее понять.
Это в том случае, разумеется, если она существует не просто как идея (ибо идеи бывают разные, в том числе «ошибочные», например, о плоской Земле и вращающемся вокруг нее Солнце) – а как идея с неким «рабочим потенциалом», необходимым для решения чего-то фундаментального.
Что не доказано.