Пессимист (Александр Вяльцев) (pessimist_v) wrote,
Пессимист (Александр Вяльцев)
pessimist_v

Categories:

Наши иностранцы (из переписки)

«Наш» – «не наш», «свой» – «чужой» – это базовые маркеры, дуальная пара и бинарная оппозиция во всей истории человечества и человека, в том числе – в его религиозной самоидентификации. Позже – национальной, социальной…
Иностранцев на Руси/в России всегда хватало. Первыми были, разумеется, византийцы и варяги… В непосредственной близости жили близкородственные народы, которые лишь сильно после стали «иностранными», типа поляков. Или угро-финны, татары, кавказцы всех типов – и т.д. Огромное количество евреев после присоединения Польши при Екатерине II. Итальянские архитекторы строили Московский Кремль при Иване III. Врачи Ивана Грозного были голландец и англичанин. При Михаиле Федоровиче и Алексее Михайловиче в XVII в. Россия была наводнена иностранцами: наши купцы страдали и писали жалобы… То есть реформы Петра I выросли из мощной европеизации России в течении целого века. Это лишь миф, что это Петр развернул Россию к Европе. По сути, лишь религия мешала большей интеграции, но она же являлась основой национальной самоидентификации, а, значит, достоинства. (Позже аналогичной идеей стал марксизм-ленинизм.)
Россия из-за своих размеров издавна была «плавильным котлом» народов: одни этносы были включены в проект, другие жили по огромной границе. И их тоже то «включали», то «выключали». И вообще, «русский» – это не национальность, а образ мыслей, состояние сознания, склонность «души». Это ощущение некоей культурной общности через литературу, язык, родовые исторические травмы.
«Наши» иностранцы – это те, кто транслирует идеи и интересы России у себя на родине. Не за деньги, не как шпион, агент влияния – а бескорыстно, ради «истины». России с такими не везло.
После Октябрьской революции ситуация изменилась: на Западе появилось много сочувствующих и даже увлеченных новым экспериментом. Были и до сих пор попадаются те, кто просто интересуется русской культурой, кто вдруг почувствовал некую особость этой страны и этого культурно-психологического типа, и начинает симпатизировать его суровым достоинствам. Западному человеку, вообще-то, это крайне сложно. И, увы, в России нет той экзотики, которая есть в Индии, Китае, Японии… К тому же она никогда не была западной колонией. Поэтому сам народ не говорит (плохо говорит) на чужих языках и, соответственно, ему тяжело объяснить суть своих «истин». Русскому (в широком смысле) проще самому стать иностранцем и все забыть, чем иностранцу – русским. Зачем? Россия действительно больше ориентирована не на счастье, а на страдание – или борьбу с ним. И из этого она черпает смысл, как другие народы – из комиксов про роскошь и успех.
Tags: Россия, история, фанаберии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments