Организованное насилие
Откуда берется неонацизм, спросили меня. Оттуда, откуда и просто нацизм: из чувства национальной обиды или ущербности. Впрочем, идеи нацизма были популярны и в странах, по идее, далеких от ущербности, не переживших тотальных поражений, в той же Великобритании. Пример – «Британский союз фашистов» (БСФ) Освальда Мосли.
«К лету 1934 года БСФ имел десятки отделений по всей Великобритании и за её пределами – в Италии и Германии. Были созданы фашистские организации женщин, молодёжи, Фашистский союз британских рабочих, Федерация британских университетских фашистских ассоциаций с представительствами в Оксфорде и Кембридже и др. Заметную роль на начальном этапе существования Союза играли штурмовые отряды – так называемые Силы обороны БСФ, которые лидеры Союза в начале 1934 года всемерно укрепляли и расширяли. В это время некоторые отделения Союза превращались в казармы; были сформированы транспортные секции (для оперативной переброски фашистов в различные районы страны); созданы служба оказания первой медицинской помощи и секция по переливанию крови» (из Вики).
То есть, перед нами второй источник нацизма: реакция на большевизм или в целом на «левый проект»: равенство, интернационализм, демократию, социальную справедливость и пр. В общем, нацизм (исторически и территориально обусловленный) и неонацизм – это ультра-консерватизм, замешанный на идее превосходства собственной нации или народа, создающий и пестующий мифы о собственной истории (а так же об истории конкурирующих наций), чтобы объединить население для некоего «штурма», победы, перемоги.
У «левого проекта», конечно, тоже были свои мифы и свой фанатизм, своя ложь, насилие и жестокость. Потому и победил «западный», «либеральный» проект, что он как бы демонстрировал средний путь. Но лишь потому, что он мог себе это позволить. Потому что он разруливать мировые кризисы в свою пользу, и когда другие страдали и гибли, сражаясь за «истину» или существование, он обогащался. Тоже сражался, конечно, но очень умерено, без больших жертв, поддерживая, как «друзей», так и врагов своих врагов, лишь бы сохранить свои колбасы.
Не надо иллюзий. США всегда поддерживали все правые режимы и перевороты. В Латинской Америке нет, кажется, ни одной страны, куда они не вторглись бы в том или ином качестве. Чтобы защитить своих плантаторов, поставить своего диктатора... Но США, конечно, не могли ограничиться одной Латинской Америкой. «В 1947 году в США была сформулирована доктрина Трумэна, в рамках которой Вашингтон начал оказывать активную поддержку авторитарным режимам в Греции, Турции и Иране с тем, чтобы не допустить распространения советского влияния на эти государства... <...> При помощи Америки и Британии гражданская война завершилась военным поражением левых сил в 1949 году. Коммунистическая партия Греции была объявлена вне закона, а многие коммунисты либо бежали из страны, либо оказались за решеткой. ЦРУ и греческие военные начали особенно тесное сотрудничество после того, как Греция вступила в Североатлантический альянс в 1952 году» (из Вики). Это для примера.
Теперь Прибалтика. В 89 году русские в Латвии составляли 34% населения, а русский язык считали родным 42%. В Риге процент и вовсе был, типа 60! Надо ли говорить, что после «обретения независимости» русский язык был признан иностранным и преподавание на нем было запрещено? (Осталась, вроде, пара школ.) Но это ладно. Главное, что проживающие русские не получили латвийского гражданства. Вместо этого они получили унизительный паспорт «негражданина» и лишились избирательных прав. Это, на тот момент (середина 90-х) – больше трети населения страны! Половина или больше жителей Риги! Похожее положение было и в Эстонии.
И что? Ничего: государства с подобными «нюрнбергскими расовыми законами» без скрипа приняли и в ЕС и в НАТО. Это же русские. (Попробовали бы они подобное проделать с евреями...)
У Хантингтона: «Запад завоевал мир не из-за превосходства своих идей, ценностей или религии (в которую было обращено лишь небольшое количество представителей других цивилизаций), но скорее превосходством в применении организованного насилия».
«К лету 1934 года БСФ имел десятки отделений по всей Великобритании и за её пределами – в Италии и Германии. Были созданы фашистские организации женщин, молодёжи, Фашистский союз британских рабочих, Федерация британских университетских фашистских ассоциаций с представительствами в Оксфорде и Кембридже и др. Заметную роль на начальном этапе существования Союза играли штурмовые отряды – так называемые Силы обороны БСФ, которые лидеры Союза в начале 1934 года всемерно укрепляли и расширяли. В это время некоторые отделения Союза превращались в казармы; были сформированы транспортные секции (для оперативной переброски фашистов в различные районы страны); созданы служба оказания первой медицинской помощи и секция по переливанию крови» (из Вики).
То есть, перед нами второй источник нацизма: реакция на большевизм или в целом на «левый проект»: равенство, интернационализм, демократию, социальную справедливость и пр. В общем, нацизм (исторически и территориально обусловленный) и неонацизм – это ультра-консерватизм, замешанный на идее превосходства собственной нации или народа, создающий и пестующий мифы о собственной истории (а так же об истории конкурирующих наций), чтобы объединить население для некоего «штурма», победы, перемоги.
У «левого проекта», конечно, тоже были свои мифы и свой фанатизм, своя ложь, насилие и жестокость. Потому и победил «западный», «либеральный» проект, что он как бы демонстрировал средний путь. Но лишь потому, что он мог себе это позволить. Потому что он разруливать мировые кризисы в свою пользу, и когда другие страдали и гибли, сражаясь за «истину» или существование, он обогащался. Тоже сражался, конечно, но очень умерено, без больших жертв, поддерживая, как «друзей», так и врагов своих врагов, лишь бы сохранить свои колбасы.
Не надо иллюзий. США всегда поддерживали все правые режимы и перевороты. В Латинской Америке нет, кажется, ни одной страны, куда они не вторглись бы в том или ином качестве. Чтобы защитить своих плантаторов, поставить своего диктатора... Но США, конечно, не могли ограничиться одной Латинской Америкой. «В 1947 году в США была сформулирована доктрина Трумэна, в рамках которой Вашингтон начал оказывать активную поддержку авторитарным режимам в Греции, Турции и Иране с тем, чтобы не допустить распространения советского влияния на эти государства... <...> При помощи Америки и Британии гражданская война завершилась военным поражением левых сил в 1949 году. Коммунистическая партия Греции была объявлена вне закона, а многие коммунисты либо бежали из страны, либо оказались за решеткой. ЦРУ и греческие военные начали особенно тесное сотрудничество после того, как Греция вступила в Североатлантический альянс в 1952 году» (из Вики). Это для примера.
Теперь Прибалтика. В 89 году русские в Латвии составляли 34% населения, а русский язык считали родным 42%. В Риге процент и вовсе был, типа 60! Надо ли говорить, что после «обретения независимости» русский язык был признан иностранным и преподавание на нем было запрещено? (Осталась, вроде, пара школ.) Но это ладно. Главное, что проживающие русские не получили латвийского гражданства. Вместо этого они получили унизительный паспорт «негражданина» и лишились избирательных прав. Это, на тот момент (середина 90-х) – больше трети населения страны! Половина или больше жителей Риги! Похожее положение было и в Эстонии.
И что? Ничего: государства с подобными «нюрнбергскими расовыми законами» без скрипа приняли и в ЕС и в НАТО. Это же русские. (Попробовали бы они подобное проделать с евреями...)
У Хантингтона: «Запад завоевал мир не из-за превосходства своих идей, ценностей или религии (в которую было обращено лишь небольшое количество представителей других цивилизаций), но скорее превосходством в применении организованного насилия».