Теория (из переписки)
...Человеческий мир несправедлив и никогда справедливым не был. Не был и не будет идеальным. Хотя, конечно, определенная логика и «справедливость» в нем есть: например, если человек долго лезет на рожон, то рано или поздно он получит по голове. И группы воюют, и страны воюют и всегда воевали. Вспомним, какой был 20 век, сколько в нем было всего... Так что, по сравнению, мы живем очень даже мирно и неплохо. Впрочем, неизвестно, чем все кончится.
Агрессия – это заложенный в человеке (и в любом живом существе) инстинкт выживания, по этому поводу этолог Конрад Лоренц все разжевал. Он (инстинкт) не плох и не хорош, как любая форма приспособления к действительности. Все запутывают попытки морализаторства, желание видеть людей идеальными и построить с ними идеальный мир. Это утопия.
И нам приходится принимать разнообразные отличия и несовпадения по мировоззрению на каждом шагу, это неизбежность. Другое дело – насколько несовпадения критичны. Если у человека хороший характер, если он не манипулирует, не срывается, умный, не злой и пр. – какая разница кто он по своей «вере»? «...Пожалуй, будь себе татарин, – И тут не вижу я стыда; Будь жид – и это не беда...»
Границу между критичным и некритичным несовпадением может определить лишь сам человек. Например, когда люди готовы убивать друг друга – это уже вполне критичное несовпадение. Проявлять себя в мире можно по-разному – и не лезть в конфликтные области, не вовлекаться и не давать себя вовлекать. «Хоть на голове стойте!» Истину мы не установим, и кто прав – не поймем (тут в себе бы разобраться!), к тому же когда правд много, и у каждой стороны она своя.
Хотя, да, огрести можно и на форуме хиппи-пацифистов (что не раз и происходило). Боязнь исчезает с опытом. Все не так страшно, как кажется. Например, сесть за руль сперва очень страшно, а потом – пофигу.
Другое дело, что некоторые люди склонны к социофобии и им трудно взаимодействовать с другими, особенно незнакомыми людьми. И тут виноват не столько мир, сколько характер. Человек же склонен к психологической «проекции», приписывая внешнему миру свои собственные комплексы или обвиняя его в них.
В общем, надо становиться «взрослым» в терминологии Эрика Берна, – и меньше бояться. Все равно однажды умрем. Считайте это теорией трагического оптимизма.
Агрессия – это заложенный в человеке (и в любом живом существе) инстинкт выживания, по этому поводу этолог Конрад Лоренц все разжевал. Он (инстинкт) не плох и не хорош, как любая форма приспособления к действительности. Все запутывают попытки морализаторства, желание видеть людей идеальными и построить с ними идеальный мир. Это утопия.
И нам приходится принимать разнообразные отличия и несовпадения по мировоззрению на каждом шагу, это неизбежность. Другое дело – насколько несовпадения критичны. Если у человека хороший характер, если он не манипулирует, не срывается, умный, не злой и пр. – какая разница кто он по своей «вере»? «...Пожалуй, будь себе татарин, – И тут не вижу я стыда; Будь жид – и это не беда...»
Границу между критичным и некритичным несовпадением может определить лишь сам человек. Например, когда люди готовы убивать друг друга – это уже вполне критичное несовпадение. Проявлять себя в мире можно по-разному – и не лезть в конфликтные области, не вовлекаться и не давать себя вовлекать. «Хоть на голове стойте!» Истину мы не установим, и кто прав – не поймем (тут в себе бы разобраться!), к тому же когда правд много, и у каждой стороны она своя.
Хотя, да, огрести можно и на форуме хиппи-пацифистов (что не раз и происходило). Боязнь исчезает с опытом. Все не так страшно, как кажется. Например, сесть за руль сперва очень страшно, а потом – пофигу.
Другое дело, что некоторые люди склонны к социофобии и им трудно взаимодействовать с другими, особенно незнакомыми людьми. И тут виноват не столько мир, сколько характер. Человек же склонен к психологической «проекции», приписывая внешнему миру свои собственные комплексы или обвиняя его в них.
В общем, надо становиться «взрослым» в терминологии Эрика Берна, – и меньше бояться. Все равно однажды умрем. Считайте это теорией трагического оптимизма.