Посмотрел в четверг позорное шоу "Судите сами" Макса Шевченко. Две партии гостей соревновались в том, кто больше любит Путина. Исключение составлял один Лошак. Тема – кто видел, помнит: выборы 2 декабря – выборы это, блин, или референдум? Трибуна Леонтьева и Никиты Михалкова считала, что "референдум", на котором мы должны высказать свое доверие президенту, который перестает быть президентом. А кем становится: "лидером нации", царем? А что, РПЦ, если ее попросят, – изберет. Трибуна, настаивающая, что это "выборы", была не менее одиозна (видимо, боясь, как бы их не обвинили в неуважении к величеству). Глеб Павловский объявил, что "враги Путина – это враги России", ни больше, ни меньше. А адвокат Кучерена сообщил, что "Путин – образец для молодежи". Пафос этой трибуны был: посмотрите, какие мы честные! Мы, конечно, тоже за личную власть Путина, но придерживаемся рамок закона. Который не просто, что дышло, а который можно и в узел завязать. Обратитесь к нам, мы проконсультируем. Трибуна "референдума" пыталась ответить жалкими брежневскими фразеологизмами из уст Леонтьева о "заокеанских врагах". Собственно, наличие этих "врагов" и обосновывает утверждение личной власти Путина на вечный срок. Кто же без него, богатыря, с ними, окаянными, справится, заступится за Матушку-Русь?! Людей-то у нас талантливых мало, один случайно завелся – так бухнемся ему в ноги: правь нами, дорогой, а то страна велика и обильна, а порядку нету. Смысл "дебатов": одни хрен, выборы это или референдум – мы должны присягнуть личной власти Путина, как бы он там потом не назывался: президентом, премьер министром, "лидером нации", царем, богом… То есть, "национальная идея", которую тщетно искал Ельцин в 90-е, уже найдена и сформулирована. Парадоксальным образом она оказалась отнюдь не нова. Когда когда-нибудь кто-нибудь будет вспоминать, с чего начинался новый культ личности, он обязательно вспомнит и эту передачу, когда Макс замарал себя по самые уши. Жаль его. Россия вновь хочет прогнуться под абсолютной властью. Не ждал я этого горя. С одной стороны, гордыня по отношению к чужим, которым не позволено нас "унижать", а с другой – мазохистское согласие, чтобы унижали свои. Готовы, мол, быть простой рудой для блага России, в чем бы оно ни заключалось. Героично, конечно, но, увы, и бессмысленно.