Пессимист (Александр Вяльцев) (pessimist_v) wrote,
Пессимист (Александр Вяльцев)
pessimist_v

Category:

once upon a past - 1



<В продолжение начатой темы>


БИБЛИОТЕКА. 1984

Работал я тогда ночным сторожем, а дни проводил в здании 1-го ГУМа, где вновь, в третий раз, училась Маша (Мата Хари): ходил на лекции Кудрявцева. Он учил нас философии на основе Достоевского, Кьеркегора, Камю и Бердяева. Тонко и убийственно критиковал совок:
– Если где-нибудь у нас произойдет землетрясение, то из нашей прессы мы в лучшем случае узнаем, что оно не только ничего не разрушило, но как будто еще и построило...
– Единственный настоящий конфликт, считал Бердяев, это конфликт между человеком и обществом...
Свободных мест не было, люди сидели на ступеньках в проходах и аплодировали профессору, как эстрадному артисту, а после лекций восторженные студентки дарили ему цветы.
Параллельно я обосновался в университетской библиотеке. Попадал я туда, как подпольщик: Маша заказывала и брала книгу, и тайком отдавала ее мне, пронырнувшему мимо зазевавшейся девушки на вахте. Впрочем, от студентов я отличался только неформенно отросшими волосьями (которые из-за военной кафедры не могли красоваться на субтильных головках университетских пай-мальчиков). Волосы я прятал под свитер.
Начитавшись до одури, я оставлял книгу на столе в читальном зале, всегда на одном и том же, в одном и том же углу, чтобы окончившая пару Маша сдала ее в библиотеку. Уходя, я просил соседа(-дку) присмотреть за ней, мол, скоро, вернусь (так делали все, отлучаясь покурить или в дабл).
Однажды случилась неприятность. Я как всегда оставил книгу на столе и поехал сторожить, – а Маша после лекции забыла ее сдать. Так она и пролежала до закрытия библиотеки, когда ее обнаружили сотрудники.
Началось дознание: как такое безобразие могло случиться – бросить ценнейшую казенную книгу, которую могли украсть?! Кто этот злодей?! Быстро установили, что этот злодей – Маша. И приговорили к исключению из библиотеки.
Я пошел к заведующей, еще не старой миловидной женщине, и сознался, что книгу оставил я. Это только подлило масло в огонь: как она могла передать книгу постороннему лицу! Не записанному, не имеющему права пользоваться библиотекой!
– А как я могу ею пользоваться, если я не студент?
– Никак не можете и не должны пользоваться!
– А если мне хочется читать книги?
– Ну, мало ли! Может, вам и не надо их читать.
– Значит, это вы будете решать, что мне надо читать, а что не надо? Не зная ничего про меня, будто мои вкусы могут диктоваться доступностью или недоступностью каких-то книжек?
– Что же вы читали?
– Владимира Соловьева, “Оправдание добра”.
– Это ценнейшая книга! Вы понимаете, что было бы, если бы она пропала?!
– Понимаю. Это было недоразумение. Она просто устала после занятий.
– И что из этого? Такого не должно было быть!
– Ну, так разрешите мне нормально пользоваться библиотекой.
– Как я вам разрешу? На каком основании? Если б вам это нужно было по работе... Вы кем работаете?
– Сторожем.
– Да-а... Вы понимаете, что нужно официальное письмо, что вам, как специалисту, нужна такая-то книга для вашей работы? Тогда бы я подумала, как разрешить.
– Я попробую достать такое письмо...
– Попробуйте, – сказала она с облегчением.
В тот же день я позвонил бригадирше: не может ли она достать мне в конторе бумагу определенного содержания? Отношения с бригадиршей были тогда лучше некуда. Я был безотказен на подмены заболевших стариков, легко сторожил чужие посты, на что не соглашался никто в нашей пенсионерской бригаде. Я не пил, я читал книжки, во время моих дежурств происшествий не было. Были и у меня недостатки: я опаздывал на работу и иногда отлучался с поста к друзьям... Но и это можно было исправить: удовлетворив мою просьбу, она сделала бы меня своим должником.
Собственно, ей просто не надо было вредить: я сам поговорил в конторе, где по непонятной причине ко мне относились по-отечески, и они выдали бумагу, что сотруднику Вневедомственной охраны при Управлении Внутренних дел такому-то требуется для работы книга Владимира Соловьева “Оправдание добра”, в чем они просят помочь администрацию библиотеки МГУ.
Как ни смешно, после этого я стал читателем элитарной библиотеки. Заведующая не обманула, не послала подальше с этой филькиной грамотой, но выдала мне через несколько дней пропуск, по которому я сам уже выбирал книги, отстаивая очередь и посылая молоденьких библиотечных барышень искать книгу в уже хорошо мне известном шкафу.

 
Tags: once upon a past, Беллетристика, Быль
Subscribe

  • Награда

    Мир держится за счет подвигов маленьких героев, чьи жертвы не будут замечены, кто не получит никакой награды. Поэтому эти подвиги самые важные.

  • ***

    Ты можешь играться в игрушки свои, Завязывать петли на пяльцах. Я сон расскажу про далекие дни, Я все растолкую на пальцах. Я…

  • ***

    Критик всегда одинок, Летом, зимой, в промежутке. Ищет повсюду исток Ужаса: в курице, в утке... Критик всегда виноват: Если девчонку…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments