Category: психология

Category was added automatically. Read all entries about "психология".

ворота фиальт

Здание

Злость в человеке – свойство беспамятства. Это бунт против тоскливого сейчас, с его усталостью и проблемами. В этом узком сейчас он не может вспомнить ничего хорошего, трогательного, светлого, счастливого. И потому видит свою жизнь как проклятие, муку, бессмыслицу – и мстит за это тем, кто подвернулся под руку.
Collapse )
ворота фиальт

Удивление

Люди всего боятся. Боятся даже удивляться. Особенно взрослые люди. Мол, они все знают, все видели, их ничем не проймешь. Если ребенок открыт для нового и жаждет его, то взрослый встречает его с досадой и подозрением. Он предпочитает видеть не мир, а свои представления о нем, догмы, привычки, с которыми ему спокойнее и проще. Он охраняет свой узенький мир и рубцы своих комплексов от вторжения нового, – того, что требует непривычной реакции и усилий – и может нарушить комплементарную картину и опрокинуть взлелеянные рубежи. И так кастрирует свою жизнь.
Надо разоружиться перед жизнью, снять латы, стать уязвимым – и увидеть мир. Чтобы удивиться ему.
В очках

Конец белки, часть 6 (последняя)

6. ШАНС, или АРМАГЕДДОН ЗАКОНЧИТСЯ В ЧЕТЫРЕ

В воздухе теряешь уверенность в себе. Ко всему надо привыкать. Я не летал 15 лет – и что-то постоянно замирает в области шва. В тот последний мой полет самолет долго падал – и это запомнилось… Это не страх… Или страх? Но в любом случае тут неуютно. Куча людей, орущие дети. Им тоже здесь плохо, как и мне. А взрослые даже могут есть. Привыкли уже? И никто не смотрит в иллюминаторы. Да там и неинтересно: рыхлые белые облака внизу, синее небо вокруг. А потом мы и вовсе потонули в сплошной облачности, как в молоке.
И Селин грузит своей мизантропией! Вот ведь подходящее чтение: «Путешествие на край ночи». Читал тоже 15 лет назад – и ничего не помню. Да и мудрено запомнить: весь текст на одной ноте, сплошная депрессия и облом. Лишь пара трогательных сцен человеческой доброты, которой сам автор ужасно удивлен.
В самолете кажешься себе маленьким и беспомощным. Самолет израильский – но в нем говорят в основном по-русски. Иногда для разнообразия звучит английский и иврит. Я пытаюсь вслушиваться и понимать (не иврит, конечно). Надо не забывать, что теперь я лечу в настоящую заграницу, где не был все те же 15 лет.

«Я была в том возрасте, когда еще верится в действенность эпистолярных объяснений» – это первое, что я прочел, открыв несколько дней назад книжку Симоны де Бовуар. Я уже давно не в том возрасте.
И я отправился в путешествие, результат которого совсем не мог предвидеть. У меня все же было слишком мало информации. Большая переписка не заменит десяти минут общения. Тем более нескольких дней. Хотя и они не могут дать многого: я прожил с человеком столько лет – и не понял про него всего. Что говорить о десяти минутах или десяти днях?
Не знаю, что я жду от этой поездки? Лишь любовь обладает патентованным рецептом счастья – и его очень хочется, хоть на короткое время.




Дальше здесь:
ворота фиальт

Треугольник

Человек – несчастное существо: и одному ему плохо, и вдвоем быстро становится скучно и несвободно... А он еще закрепляет подобные отношения браком, усугубляя проблему. Образуется замкнутый треугольник: квартира–работа–дети, купирующий всякое развитие, съедающий все силы…
И «любовь» здесь – коварный клубок, приводящий нас в ловушку «треугольника» – из которого нет выхода.
Collapse )
ворота фиальт

Цинизм

Цинизм – психологическая защита, когда картина мира слишком ужасна. А ты смотришь и ешь ананасовый компот. Ты объявляешь, что тебе плевать на других людей и их несчастья – потому что все это слишком невыносимо, непоправимо – и все равно ничего не изменишь. Такова жизнь! Цинизм – это ответ безжалостному миру, над которым ты издеваешься, чтобы не выть от страха или рыдать от ужаса.
ворота фиальт

Краски палитры

Опыт бывает приятный и неприятный. И тот и другой – учит. Больше всего учит неприятный. Приятный расслабляет. Неприятный мобилизует. Он не обманет, он разрушает иллюзии о собственном совершенстве, защищенности, правильном устройстве мира. Он заставляет отбросить удобное и привычное – вводя в суровый мир превратностей. Он если не зачеркивает, то переформатирует прежнюю жизнь. Лишь он может найти для нас новое, в том числе нового себя.
Collapse )
ворота фиальт

Качели

Тяга к самоубийству возникает, когда пропадает уважение к себе, потерявшему способность сопротивляться, лишившемуся смелости либо легкомыслия – не замечать проблем. Ибо иногда число проблем и вызовов превышает то, которое ты можешь одолеть или стерпеть. Тогда мир становится страшным, твое существование – мучительным и бессмысленным. А самоубийство – радикальной попыткой убежать от страдания.
Collapse )
ворота фиальт

Возвращение

Не бывает горы без долины, как настаивал Шестов. Так и не бывает поезда без станции, а приезда без отъезда. Можно и не возвращаться, если ты хорошо подготовил «побег», отрезал концы. Мы все всю жизнь что-то покидаем, причем навсегда: детский сад, школу, институт, старый дом, родителей, друга, возлюбленную, семью, работу… Даже родной город. Кто-то и страну до кучи. (Вот только Земли еще никому не удалось покинуть.) Наконец мы покидаем жизнь.
Collapse )
ворота фиальт

Страх определенности

Ирония – демонстрация ненастоящего себя, намеренно не отвечающего за точность и однозначность слов. Ирония играет, надевает маску. Типа: не сердитесь, если я скажу бестактность, даже чушь! Ведь по своему первому, греческому, значению я есть «притворство»!
Ирония – это страх определенности. Определенность – это конец, приговор, несвобода. Ирония утверждает, не утверждая, словно известный критянин из парадокса про лжеца. Определенность требует: «да – да, нет – нет!» Ирония называет такие вещи «тоталитарным дискурсом», но не предлагает ничего взамен.
Collapse )