Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

ворота фиальт

Самая мощная ракета

Советская система была полигоном, где ставился огромный цивилизационный эксперимент. А любой большой эксперимент обречен на ошибки. И чем больше эксперимент – тем страшнее ошибки. Это как пробный заезд на скоростном автомобиле: если все будет хорошо – всеобщий успех и слава. Но если неудача – то водители, скорее всего, погибнут. И у них тем меньше шанса спастись, чем выше скорость и кураж.
Collapse )
ворота фиальт

Талант

Сколько их, талантливых людей, которые умеют петь, играть, сочинять, рисовать, «летать»... – только жить не умеют. И талант им дан словно в компенсацию этого неумения. Природа стремится к равновесию, но не уверен, что ее «дар» равноценен отсутствию самого важного таланта.
Collapse )
лаевский

Консюмеризм как ответ

Беседовал на днях с другом-американцем. Он был увлечен статьей соотечественника, в которой выяснялось, как и почему американцы за пятьдесят лет (к двадцатым годам ХХ века) отказались от Библии в пользу консюмеризма. А чего тут выяснять-то? Другой вопрос: хорошо это – или плохо? С точки зрения моего американского друга – как-то не очень хорошо…

В ходе нашей беседы (в кафе на Покровке) я предложил свой вариант ответа. (Немного расширяю и уточняю, благо на русском у меня выходит явно лучше.)

Первая часть. Главная проблема человека: страх смерти, неизвестность, непредсказуемость будущего, болезни, страдания, в общем – хрупкость и уязвимость жизни. С этим нельзя ничего поделать, это онтологически заданная, неизменная «величина». И человек ищет что-то, что утешит его среди этого онтологического фатума. Долгие годы и века этим утешением была Библия. С XIX-го века, а особенно в XX-ом этим «утешением» стала наука. И консюмеризм и легкость жизни – как продолжение ее. Тем не менее, ко второй половине прошлого (уже) века и данный утешитель, возможности которого порой казались безграничными, стал как-то не очень утешать, во всяком случае, некоторых. Возобновились поиски метафизических утешителей, причем часто на новых (для западного человека) площадках. Соединение двух «универсальных» утешителей, технического прогресса и квази-религиозных упований – породили контркультуру 60-х. (С этой точки зрения – социализм стал первой «контркультурой», ибо соединил в себе обе идеи: технического прогресса и квази-религии, ибо сам воспринимался адептами именно религиозно и нес в себе важные (но не все) признаки религиозного учения: точное предсказание будущего, «чудеса» (через науку-технику), обещание прекрасной жизни для широких масс «избранных», а взамен требовал подвигов и жертв).

Collapse )

лаевский

Просто химия (ничего личного)




 

Проблема цельности, она же – проблема раздвоенности, – это прежде всего проблема пола. Именно пол есть злой брат-близнец, портящий все дела доброго брата. Он же – природный инстинкт, борющийся и то и дело побеждающий твое рациональное «я». Не преодолев пол, нельзя обрести цельности. Поэтому древняя традиция умерщвления плоти в чем-то права, но лишь тогда, когда она исходит не из фантастических задач, а из задач вполне рациональных.

Нет, тупо умерщвляя плоть – мы ничего не достигнем. То есть достигнем диких искушений, бесовских видений, депрессии и опасных физических болезней.

Собственно, меня интересует только мышление, его законы, как и почему приходят те или иные мысли, как образуются или исчезают настроения.

Мышление – это совокупность химических реакций в организме. Реакции же зависят от того, что мы выпили, съели, покурили, какими нагрузили себя нагрузками, даже о чем подумали. И в связи с этим – что за химические элементы устремились в кровь. Мужчина видит красивую женщину – и у него сперва появляется в ощущениях неясное щекотание, как напоминание о чем-то приятном и сладком, которое переходит в изменение в крови – через выброс эндорфинов и андрогенов, то есть стероидных гормонов (тестостерона и пр.). И они уже окончательно меняют его мысль, настроение, состояние души. Это состояние называется «вожделением». Человек – внутренний наркоман, раб химических процессов внутри себя, которые сам и порождает, жмя все на одну и ту же педаль, пытаясь вызвать процесс, доставляющий ему удовольствие.

Ориентируя себя внутренне на секс – человек растравляет в себе неудовлетворенность, постоянно присутствующую тоску, связанную с либидо, достаточно убогую неподвижную мысль, не дающую видеть ничего больше. Он губит любой сложный (и творческий тоже) импульс, направив его на самое простое и очевидно приятное, как пчела летит на мед.

Конечно, химические элементы все равно выделяются в кровь, в том числе тестостерон – и с этим ничего не поделать. Да и делать не надо, потому что падение тестостерона вызывает увеличение выработки стрессовых гормонов, то есть рождает чувство неудовлетворенности (опять же) и плохое настроение (тестостерон называют гормоном победителей). То есть тут тоже пережимать не надо. Надо научиться разумно контролировать баланс этого замечательного вещества. Это не просто, а кто сказал, что будет легко? Можно лишь отучить себя жать на педаль и усиливать то, что пока слабо. Сублимировать желание во что-нибудь другое, притом не считая эту практику испытанием и мукой (иначе ничего не выйдет), но, напротив, – единственной возможностью мира с собой.

Мы в ответе за те химические процессы, которые вызываем (в себе).

Выполняю просьбу http://nectarius.livejournal.com/

Большинство моих друзей – перелицевавшиеся хиппи. Или сочувствующие им, или близкие по духу. Одни нога стоит у них на этой (здоровой) почве. Где стоит другая – мне не особо интересно. Главное – не в органах. В какой-то момент большинство из них стало "вырастать из хиппизма" – вероятно, утратив его "содержание", про которое пишет http://triponaciy.livejournal.com/2187.html?view=5515#t5515 , или найдя это содержание чересчур убогим (если не опасным): торч, меломанство и тусняк с порожняковым спичем. В общем, тщетно убиваемое время, а иногда и здоровье. Ведь тщательно разыскиваемая суть или "содержание" идеи хиппизма – поиски максимальной свободы (теми или иными способами, идейными, практическими). Первоначально "свободы от". Предполагалось, что "свободы для". Последнего оказалось очень мало. Поэтому многие и разочаровались.
В качестве альтернативного идейного направления было выбрано то, что казалось очень похоже на хиппизм: те или иные религии (ибо какое-то число пипла стало буддистами или кришнаитами. Даже суфий есть). Больше всего, конечно, "повезло" христианству. Почему? – отчасти по лени, потому что лежало под боком, а у попов хаер длинный. Ибо стричь хаер все же западло! К тому же это была такая фига в кармане в направлении ненавистного атеистического режима, такой дополнительный внутренний протест. И вот тут-то "содержания", вроде, было предостаточно: можно было в храмах стены красить и иконы писать, и паломничать без устали, боговдохновенные книжки читать и "внутренним самосовершенствованием" заниматься. В общем, занятий до фига.
Значительная часть из экс-пипла и до сих пор верит, что выбрала верный путь. Но, судя по оскудению их духа, одряхлению их плоти, количеству выпиваемой водки, – я бы в этом усомнился. Остальные тоже, вроде, "верят", но, мне кажется, больше по инерции, привычке, из традиции, может, из сентиментальности. Трудно бросать дорогое и насиженное. Да и к кому припасть душой – не к прежнему же детскому хиппизму? У которого и "содержания" нет, то есть догматов. Ибо некоторые считают, что "для содержания необходима какая-то определённость, отсюда необходимость наличия некоторых основополагающих догматов".
Странная мысль: вот в науке нет догматов, а определенность, однако, присутствует. Все в ней, науке, лишь относительные "истины", скорее инструменты познания чего-то нового. Она прекрасно знает ограниченность своего знания. Даже ее аксиомы – не догматы. Это или логические самоочевидности, либо некие принятые вещи, которые "правильно описывают свойства пространства в рамках человеческого опыта". В науке есть куча предполагаемых вещей, признаваемых за "истинные" – ради отказа от бесконечного регресса в доказательстве каждого положения и основания предыдущего суждения. Они могут меняться, например, математика Лобачевского "отменила" аксиому или постулат прежней геометрии Евклида, что через точку А можно провести лишь одну прямую, которая будет параллельна прямой Б.
Вот и хиппи прекрасно обходятся без такого "содержания". У них действительно нет догматов, но это лишь увеличивает мощь и широту их поисков. В ходе которых они, бесспорно, могут весьма заблудиться. Но это удел всех ищущих. Зато тем, у которых догматы – искать больше ничего не надо. Можно и дальше сидеть на завалинке со своей застывшей формой и выверенным "истинным" содержанием…
В общем, мои друзья-христиане – тоже ищущие, это нас и сближает. Разница в том, что они как бы уже нашли, а "мы" еще нет. Ищем. Но то, что мы нашли – ценно до некоторой степени и тем и другим. А то, что нашли они – до некоторой степени не отрицается и у "нас". И это тоже нас сближает. А с кем тут еще сближаться? С учеными? Но эти заняты своим серьезным и такие игры презирают. А богема занята своими "серьезными" играми – ей тоже не до того. В общем, все осуществляют "профессию", а мы одни живем без профессии. Видно, и это тоже сближает.

Трип (отчет, вроде как у Альберта Хофманна)



Сентябри сделали отличный setting, то есть превратили нашу комнату в подобие шатра мага на средневековой ярмарке. Флюоресцирующие нитки через всю комнату, как паутина, картинки, освещенные фиолетовой лампой, свечки, благовония, ковры, подушки на полу… Особое место для ноутбука, вроде алтаря.
Вероятно, 30 или 40 микрограмм псилоцибина на основе Strophana cubenis.
Действие началось минут через тридцать. Никаких визуальных или акустических эффектов. Только физические: легкие судороги, которые скоро прошли, галоперидольная неуемность: то лягу, то сяду… Потом начались чисто психоделические эффекты, попадания в старые картинки, в комикс про сверчка из журнала "Америка" 70-го года, в этот очень симпатичный мне город, по попаданию куда я сразу определяю, что трип пошел. При этом я все время присутствовал в комнате и мог участвовать в разговорах, стоило открыть глаза.
Вдруг я очутился в комнате Тери в 85 году, в момент своего первого калипсольного трипа. Это воспоминание и опыт были очень важными для меня, и я вспомнил все в деталях. Времени больше не было, точнее я был в двух временах сразу. Жалко, что я мог видеть лишь в прошлое. С другой стороны: что брать за точку отсчета? Если считать за настоящее – то время и квартиру Тери, то теперь я был в будущем. И я мог бы рассказать Тере, что будет дальше, что с ним случится… Но я понял, что он и так это знает. Более того, все теперь и есть Теря, весь мир, и я, как его часть. Это он породил его из себя. И я видел, как это делается. Потом я понял, что я и Теря – это одно и тоже. А так же М. и все, кто участвует в трипе.
Поэтому я со всем основанием утверждал, что это я сочинил М. и все ее реплики. И что понятно, что она будет возражать, доказывая, что она сама по себе, а не часть моего трипа или моей фантазии. Но это же опять же в рамках придуманной мной игры. Такую я придумал ей роль. Она была чем-то темным и непонятном в глобальном свете моего трипа – и я углубился в это темное, чтобы понять его – и породил мир. Хотя и это темное, скорее всего, породил тоже я, только забыл когда и зачем? Из мазохизма что ли?
Так мы с ней и играли весь трип. То я ее порожу, то она меня.
Collapse ).