?

Log in

No account? Create an account
Пессимист (Александр Вяльцев)
30 August 2019 @ 08:21 pm
Нет красоты в лицах, в голосе, жесте, фразе, отношениях… В одежде, разве что у молодых девушек. Нет красоты внутри дома, нет красоты снаружи (за редкими исключениями). Нет привычки к красоте: было не до того. Красота казалась излишеством, когда нет и обыкновенных вещей. Красота бросалась в глаза – а надо было затаиться, сканать за шланг. Прервалась преемственность, стало худо с образцами.
Некрасота – это страх быть не таким, это душевная скудость и сухость, невежество, нелюбопытсво. Это душевная лень и равнодушие, консерватизм. Безразличие, узенький горизонт.
Read more...Collapse )
 
 
Пессимист (Александр Вяльцев)
09 August 2019 @ 10:25 pm
Недавно посмотрел русскую «версию» «Идеальных незнакомцев» Паоло Дженовезе – «Громкая связь». Сюжет, диалоги слизаны почти слово в слово, но история перенесена в Россию. И, странное дело, – ничего не топорщится, не кажется чужеродным, неорганичным, искусственным. То есть «мы» больше не отличаемся от «настоящей» Европы, к чему столько лет стремились. У нас те же интересы и темы разговоров, отпочковавшиеся из сходного образа жизни. Несмотря на весь снег…
Read more...Collapse )
 
 
 
Пессимист (Александр Вяльцев)
17 July 2019 @ 11:35 pm
Люди всего боятся. Боятся даже удивляться. Особенно взрослые люди. Мол, они все знают, все видели, их ничем не проймешь. Если ребенок открыт для нового и жаждет его, то взрослый встречает его с досадой и подозрением. Он предпочитает видеть не мир, а свои представления о нем, догмы, привычки, с которыми ему спокойнее и проще. Он охраняет свой узенький мир и рубцы своих комплексов от вторжения нового, – того, что требует непривычной реакции и усилий – и может нарушить комплементарную картину и опрокинуть взлелеянные рубежи. И так кастрирует свою жизнь.
Надо разоружиться перед жизнью, снять латы, стать уязвимым – и увидеть мир. Чтобы удивиться ему.
 
 
Пессимист (Александр Вяльцев)
25 June 2019 @ 12:48 am
Мир держится на простых людях. Они строят, водят, добывают, охраняют… Даже при всем развитии НТР доля их остается значительной. Это для них сочиняют юмористы свои крайне смешные юморески, для них как бы композиторы сочиняют великолепную музыку, отравляющую потом воздух и жизнь соседей, дня них со всех сторон продвинутые режиссеры снимают в разные стороны продвинутое кино, надеясь развлечь их и сделать их лучше. Последнее бесполезно. Как 30 лет назад они орали, визжали и матерились, показывая пример детям, слушали попсу, пили и ржали – так и теперь. Они кажутся дикарями, но без правил и ограничений последних. У этих «дикарей» есть единственное правило: нажраться, врубить музон погромче и яростно изображать веселье. Вот, мол, как славно они отдыхают!
Read more...Collapse )
 
 
 
Пессимист (Александр Вяльцев)
27 March 2017 @ 05:40 pm
Мне плевать на Навального, я считаю его безответственным манипулятором, использующим толпу для своей политической карьеры. Это типичный популист, играющий на известном инстинкте людей – считать всех остальных ворами и мерзавцами. Люди смотрят на себя, а ненавидят власть, совершая классический перенос. Надо быть бесконечно наивным или ангажированным, чтобы воспринять пресловутый фильм как что-то, похожее на «расследование»!.. Это очевидный (и очередной) запущенный в сеть фейк (судя по доказательной базе), некий ход в череде последовательных ходов, работающих на политический имидж имярека. И я не понимаю людей, готовых быть марионетками в его игре. (Признаться, раньше я относился к нему лучше.)
Тем не менее, люди имеют право проверять рамки своей свободы, проверять действительность своего права выходить на улицу с политическими требованиями, митинговать и протестовать. Я всегда был противником Лимонова и его партии, но уважал его акцию «31 число».
Read more...Collapse )
 
 
 
Пессимист (Александр Вяльцев)

Прочел программную статью Мариам Новиковой «Асексуальность русских мужчин как причина пожара на Байконуре» в «Снобе» (http://www.snob.ru/profile/26526/blog/62276) – и загорелся желанием развить тему.

Байконур обсуждать не буду, тут я мало что понимаю. Буду обсуждать мужскую красоту. И подмышки. Вопрос очень важный. И если с женской красотой все понятно, она наличествует, то с мужской положение не так очевидно. В своем старом эссе про красоту (http://pessimist-v.livejournal.com/20498.html ) я написал: «Не удивительно, что гомосексуализм у нас не пошел (отно­си­тельно). Такими увальнями и неряхами, как наши мужчины, просто невозможно заинтересоваться. Не понимаю, как наши женщины выходят замуж. Наверно, тут что-то из области слепого инстинкта». Это был 93 год. Двадцать лет спустя Мариам пишет: «У нас почти не встречается мужчин, на которых можно было бы поглазеть ради эстетического удовольствия. Это жестокая несправедливость по отношению к  женщинам, между прочим, они-то стараются».

Правильно, они стараются, за себя и за того парня. Дело даже не в уродстве русских мужчин самом по себе. В любом случае, они не хуже греков, испанцев, турок (так понравившихся Мариам) или даже французов. Дело в том, как они себя подают. И Мариам совершенно справедливо пишет: «Общее впечатление — практически во всех странах мужчины выглядят здоровее и ухоженней наших. У нас же что мужчины, что дороги или ракетостроение — все функционирует под девизом “сойдет и так”». И дальше: «У нас в толпе мужчину легче всего определить по отрицательным признакам. Идет девушка, этакий цветок на каблуках, рядом серое мятое пятно без всяких красок и старания понравиться — вот это пятно мужчина и есть. Наверное, причиной этому — коллективная тюремная память. Прикинься ветошью, сойдешь в бараке за своего. «Подмышки брить, ухаживать за руками? Мы не из этих!» То есть опять — страх быть изнасилованным другими мужчинами. Женщин словно не существует в этом пространстве, мысль «понравиться девушкам» не возникает».

И тут Мариам попала в сердцевину вопроса:

Read more...Collapse )

 
 
 
Пессимист (Александр Вяльцев)
26 November 2011 @ 02:40 am


 

– как советует популярный лозунг.

Люди, говорящие так, знают свой возраст, но не знают тот, от которого хотят отказаться. А на мой взгляд – он лучше молодости. Это все равно, что, вихляя, учиться кататься на велосипеде – и нормально ездить.

Полагаю, им кажется, что, живя долго, ты неизбежно замараешься при трении о шершавые спины врагов. И что "ездить нормально" – это оппортунизм и соглашательство, что желание жить долго вынуждает на осторожность и осмотрительность и не дает быть героями. Как поется в Гефсиманской арии: "Бейте меня, убейте меня теперь, прежде чем я отрекусь"…

Но отрекусь от чего, героями чего они хотят стать или остаться? Новостей, в которых рассказывают про нелепые выходки молодых отморозков? Или героями баррикад, сражающимися за правое дело?

Есть такое мнение, что в молодости нам близка правда – и жива дерзость ее отстоять. Действительно: в молодости мы ограниченнее, невежественнее, наивнее, и при этом мы можем лучше видеть какие-то "сакраментальные" моменты существования (некоторые из нас), в том числе из-за этой наивности, романтизма и физической неиспорченности. Конфликт с жизнью обнажен, ничем не уравновешен и не замаскирован, и другие люди, не притворяясь, втаптывают нас в грязь, пользуясь нашей слабостью.

А потом человек ветшает во всех смыслах, и морально тоже. Он становится сильнее – за счет того, что становится грубее и беспринципнее. Идеалы тускнеют, воодушевление стынет, дерзость замолкает, пафос улетучивается… Жизнь приучает к компромиссу, бытие провоцирует обыденность. Лучше водка в хорошей компании, чем борьба. Да и откуда столько сил?

Если ты по-настоящему горишь идеей – как можно не сгореть быстро? Или идея убьет тебя – или каратели.

Read more...Collapse )
 
 
Пессимист (Александр Вяльцев)
30 April 2008 @ 10:02 pm

VII. О ЛЮБВИ

 

Она приехала в Москву раздраженная и полубезумная. И одновременно страстная, готовая что-то искупить и загладить. Антон ни о чем не догадался. Куда там! Он же ни хрена не понимал в людях! Он и сам был почти не человек: ходячий принцип и абстрактное понятие!

И ей с ним жить?! Теперь она уже не сомневалась, что это невозможно.

 

С ней что-то творилось. Она изменилась: говорила по-другому, движения стали другими. Будто она была не здесь, а где-то далеко. Нервная, не смотрела в глаза. "Плохо спала в поезде", – объяснила она.

Она сразу залезла в ванную и долго-долго мылась. Точнее, лежала там. Это место было как буфер между ней и реальностью. За дверью стояла реальность, и выносить ее не было сил. На полке под зеркалом она увидела бритвы Антона. "Вот, если станет совсем уже хреново, есть простой способ. Всегда, в конце концов, есть выход". Это ее успокоило.